Серый рассвет

Впервые он дал волю чувствам – и что из этого вышло? Этого следовало ожидать, но почему Зона отчуждения, возникал вопрос. Капитан понял: его не до конца посвятили в планы операции. Что же произошло на самом деле. Если он часть эксперимента и огромная территория находится в Зоне отчуждения, что с остальным миром? Вопросы… Как он ненавидел эту недосказанность! Ему вспомнились Сирия, Украина и то что «Крым наш», где официально наших бойцов не было, снова эти игры в солдатиков. Фигуры, ведомые чьей-то рукой, их дергает за ниточки кукловод, насмехаясь над своими созданиями.

Нет, он не хотел быть марионеткой, Потер усталые глаза – усталость как зубная боль, только во всем теле. Романова что-то говорила о заражении, но что имела в виду? Возможно, мутация – следствие вируса? Вирус… Он вырвался из-под контроля – интересно, что предпримут спецслужбы и кто они в этой игре: снова пешки или в их силах исправить ошибки?..

***

4 ноября 2022 года

Темнело. Мы потушили костер и забаррикадировались в одной из квартир на первом этаже.

Большие окна заколочены, и вместо стекол старые металлические листы. До точки назначения несколько часов пути, однако выходить в каменные джунгли сейчас было равносильно самоубийству.

– Леха, посмотри, что притащил Жека! – Мелкая покрутила перед моим носом шлемом, что обычно носят омоновцы. – Ребята бомбанули полицейское управление. Круто, да?

– Ага. – Я кисло взглянул на нее. – Север не выходит на связь второй день, не нравится мне это.

– Мне тоже.

 – Она положила шлем на диван, поверхность которого была изрезана, точно кто-то хотел убить бывшего владельца.

– Что говорит Фил?

– А что Фил? – Мелкая пожала плечами. – Все идет по плану. Мы знали, что Игорь Сергеевич скрывал от командования назначение нашего похода, и то, что нам известно, – мы часть эксперимента. Главное – найти его человека, может, тогда станет кое-что ясно.

– Идем поужинаем! – позвал Татарин. – Пока чай горячий. Не хандрите, Север говорил, что может случиться всякое.

– Я понимаю. – Мелкая подняла руку, на которой был протез с выкидным ножом. – Круто придумал папа, теперь я настоящий киборг! – она рассмеялась, но в смехе не было радости, он походил на обреченность. – Когда все закончится, вы вернетесь к нормальной жизни, а я так и останусь уродом с металлической рукой.

– Перестань. – Я попытался утешить ее. – Потом у тебя будет такая рука, что ничем не отличишь от настоящей.

– Ага, отрастет новая.