Серый рассвет

 – Ник подошел поближе к забитому железными листами окну.

– Ник, – дернулась Мелкая, – не надо.

Ник обернулся и приложил палец к губам.

Скрежет прекратился. Я подошел к окну, прислушался тоже: шорохи и шаги по камням. Город не хотел засыпать – монстры вылезли на поверхность.

– Они уходят. – Он повернулся к остальным ребятам. – Только спать уже никто не будет. Через час подъем.

Внезапно около входной двери что-то грохнуло. Я отскочил в сторону и увидел, как из щелей повалил едкий дым.

– Сомневаюсь, что это мутанты, – проскрипел Фил. – На пол, черт!.. Намочить платки или какие у вас там тряпки есть, закройте лицо. Походу, дымовая шашка.

Дым был едкий, сладкий, в горле начало першить, и мы понимали, что долго не сможем здесь оставаться.

– Леха, я не вижу тебя! – крикнул Жека.

Я слышал, как ребята взводят курки, снимают с предохранителя. Фил выругался, Татарин дернул меня за руку.

– Лех, ты?

– Блин, что делать будем?!

– Надо выбираться, но мы не знаем, что там!

– Всем спокойно! – Голос Ника заставил меня еще больше занервничать.

Всегда, когда говорят, что не надо волноваться, страх начинает выбираться из всех закоулков души.

Мы услышали хлопок, потом треск. Рука Мелкой вцепилась в мое запястье, мы отползли в угол, понимая, что кто-то пришел за нами. Я не знал, люди это или мутанты. Засунул сопротивляющуюся Оксанку под стол:

– Сиди тихо.

– Мы не должны прятаться. – Я слышал в ее голосе слезы. – Мы должны сражаться.

– Тихо… – Я провел рукой по ее щеке. – Побудь пока здесь, Оксан…

Выстрелы. Я не понимал, откуда они исходят. Нас что, решили нафаршировать свинцом?

– Ничего не вижу. – Жека выстрелил в туман, где метались темные тени. Остальных не было видно.

– Уходим! – закричал Ник, прорываясь вперед.

Вспышки и выстрелы, крики друзей. Я не хотел, чтобы этим все окончилось, не хотел умирать, но стоп…

В голове словно что-то щелкнуло.

Мутанты не могут стрелять, они не пользуются взрывчаткой. Это люди! Но зачем они хотят убить нас?!

– Леха, надевай шлем, – услышал я Репу, он кинул мне его. Тяжелый, зараза, чуть не выскользнул из рук. Я передал его Оксанке: – Давай – может, так прорвемся. Как гайвер – смотрела?

– Гайвер? – Казалось, она не понимала меня, но послушала.