Трудный выбор

– Ну, раз так получилось, – с сожалением говорила Вера. – Возможно, когда-нибудь и удастся закончить учёбу.

– А ты знаешь, куда меня направят завтра, через год? И будет ли это тьмутаракань, или город, в котором есть мединститут? Да и в материальном плане, жить на одну стипендию на двоих детей…

– Троих. На УЗИ сказали, будет двойня, – Вера впервые с испугом посмотрела на мужа, лицо его от последних слов стало неузнаваемо.

– Вера, я вижу только один выход… Делают же другие… И ничего.

Вера расплакалась, вышла, легла на кровать, уткнулась в подушку.

Несколько раз он пытался с ней поговорить, но, доведённая до отчаяния практицизмом мужа, о котором она даже не догадывалась, его настойчивости, она отмалчивалась. В шутку брошенная им фраза совсем её убила.

– Представь себе, если у нас родятся две девочки… Мне на курсе не дадут прохода, мол, многодетный отец-бракодел…

Перечить мужу она, всё детально обдумав, не решилась. Хотя мать, которой она вечером позвонила, посоветовала прислушаться к голосу своего сердца.

Ей было стыдно осознавать, что она вновь вспомнила о Боге только сейчас, когда оказалась в ситуации, где рассчитывать только на свои силы не приходилось. Невольно, беря пример с мужа, становилась более решительной, уверенной. Всё ей оказалось возможным. Однако ж нет… Всё в этой жизни не по нашей, по Его воле.

В больнице врач без всяких возражений и рассуждений, ничему не удивляясь, выписала направление на прерывание беременности. Она даже не пробовала отговорить, возможно, зная, что всё это напрасно.

Взгляд врача был безразличен. Как и многие люди этой профессии, которая, как никакая другая, требует милосердия и сочувствия, она уже не видела в бесконечном потоке больных конкретного человека, его боль, страдания, смотрела на них как на каких-то роботов.

Валера, кажется, впервые ей не поверил, на занятия не пошёл, решился сопровождать в больницу. В очереди у дверей кабинета ждали минут двадцать. И когда подошла её очередь, чтобы пойти на эту физическую и моральную экзекуцию, он вдруг остановил её…

– Вера, не иди.

Поедем домой.

У Веры не было сил на какие-то эмоции, улыбка получилась неестественной, вымученной, или она ещё не верила услышанному.

– Будем воспитывать, раз так получилось.

– Даже троих?

– Куда же деваться? Нужно же кому-то невест растить.

– А почему ты передумал?

– Жалко стало.

– Детей или меня?

– Себя. Потом всю жизнь мучился бы, укорял себя. Вас тоже жалко.