Час пик для новобрачных

Тебе ни в коем случае не следует оставаться одной…

– Нет-нет, – торопливо ответила я, боясь, что Светлана решит проводить со мной все время, а я теперь просто не способна кого-то видеть. – На самом деле все не так плохо. Пройдет месяц, два, и я начну привыкать. Все привыкают. Какие у нас дела? – облизнув пересохшие губы, спросила я, стараясь перевести разговор в другую плоскость. В сочувствии я совершенно не нуждалась.

– Надо сообщить родственникам, – начала Света, а я перебила:

– Получается, что сообщать некому.

У меня родни нет, и у него тоже, если не считать отчима. Но ни его адреса, ни телефона в вещах Глеба я не нашла.

– Ясно, – вздохнула Светлана. – В конце концов, отчим не отец, можно сообщить позднее. Где он живет?

– В Екатеринбурге.

– Еще вопрос, смог бы он приехать… Скорее всего он пенсионер, дорога дальняя… – Светлана говорила что-то еще, но я не слушала, последнюю фразу ей пришлось повторять дважды, прежде чем я поняла, что она хочет.

 – Нужна фотография Глеба.

– Зачем? А, да… У меня только свадебная.

– Свадебная не подойдет. К тому же его лица на ней почти не видно…

– Другой нет.

– Как – нет? – не поняла она.

– Просто нет. И я, и Глеб терпеть не могли фотографироваться.

– Неужели нет ни одной фотографии?

– Нет, – теряя терпение, ответила я.

– На паспорте, на военном билете наконец…

– Документы он взял с собой.

– И военный билет?

– Наверное. В столе его нет.

– Все-таки это странно, – нахмурилась Светлана.

 – Ни одной фотографии…

– Странно, странно, – повторила я, цепляясь за это слово.

А ведь действительно странно. Человек умирает, и после него не остается никаких материальных подтверждений его недавнего присутствия на земле. Одна фотография, где он, точно нарочно, отвернулся. Странно… Отчего ж, все имеет свое объяснение. Умри я сегодня, и после меня тоже мало что останется. Та самая фотография, где я уткнулась лицом в цветы… Вот именно.

Должно быть объяснение, должно…

Я поторопилась отделаться от Светланы. Как только за ней закрылась дверь, я вернулась в комнату Глеба и еще раз тщательно просмотрела бумаги в его столе. Ничего интересного. Документы, в которых чаще всего фигурировало мое имя, договор на аренду ячейки в банке – все это составлено уже при мне, здесь, в этом городе. О прежней жизни Глеба, до нашей встречи, мне практически ничего не известно.