Детектив на пороге весны

Бабушка подозревала всех окрестных жителей в опасном желании влезть к ней на участок и чего-нибудь непременно своровать, потому и ворота были до неба, с острыми пиками, и Юра то и дело патрулировал территорию, и домофон был куплен самой последней модели – с видеокамерой и записывающим устройством.

От неожиданности она даже не сразу поняла, что можно въезжать, и зачем-то высунула руку и нажала блестящую кнопочку на переговорном устройстве.

Устройство запиликало, но никто не отозвался.

– Черт возьми, – пробормотала Анфиса.

Паника, охватившая ее, была мгновенной и страшной, как лесной пожар в разгар засухи.

Что-то случилось. Что-то страшное произошло. Ворота открыты, и никто не отвечает.

Сзади вдруг послышалось урчание мотора и шуршание шин, которое стремительно приблизилось и смолкло прямо за ее багажником. Анфиса напряженно взялась рукой за щиток и заставила себя посмотреть в зеркало заднего вида.

Это была машина ее бабушки, джип, купленный, чтобы разъезжать «по хозяйству». У нее еще были комфортабельный седан и огромный зверского вида мотоцикл – специально для Юры.

От страха и напряжения Анфиса не сразу поняла, что это «свой» джип, так и сидела, вцепившись рукой в переднюю панель. Открылась водительская дверь, и Юра спрыгнул на асфальт.

У него было озабоченное лицо, и он был небрит.

– Здравствуйте, Анфиса.

– Юра, что случилось!?

– Ничего особенного не случилось, не волнуйтесь. У нас… маленькие неприятности.

Он нагнулся к ее открытому окну так, что перед носом у нее оказался его светлый свитер крупной вязки.

Под свитером просвечивала широкая золотая цепочка. Почему-то Анфиса не могла отвести от нее глаз.

– Какие неприятности, Юра?!

Он секунду подумал, словно прикидывал, имеет смысл сообщать ей новость или нет.

– Юра!

– Петр Мартынович, сосед… Он умер.

– Как?!

Юра пожал плечами. Вид у него был какой-то неуверенный.

– Юра! Он вчера был жив и здоров, и его пугало какое-то привидение! Бабушка мне об этом рассказывала! А Клава это привидение даже видела под елкой!

– Мне не хотелось бы…

– Юра, я не курсистка и не член общества любителей поэзии Бальмонта! Что случилось?!

– Ночью он умер.

Милиция считает, что… сам по себе умер, и все. А я считаю, что его задушили. Подушкой. То есть мы с вашей бабушкой так считаем.

Она поверила сразу – и именно в то, что его задушили.

Вчера ночью в саду явно кто-то был, она не видела, но чувствовала это присутствие очень отчетливо.