Дневник чужих грехов

– Ты по делу? – немного помолчав, задал он вопрос, избегая смотреть на меня.

Эту его привычку я хорошо знала: то смотрит в сторону, то вдруг уставится в глаза и замрет, точно выпадая из реальности. Правда, происходило подобное только при встрече со мной. Причина мне была хорошо известна, я предпочитала о ней не говорить.

– Пса я к себе взял, с моей Стрелкой они вроде ладят, картошку выкопал и сдал Витьке, тебе она все равно не нужна. – Он достал из кармана конверт и протянул мне: – Вот, возьми.

Денег немного, урожай в этом году небольшой…

– Себе оставь, – попросила я.

– С какой стати? – рассердился он и сунул конверт мне в руку.

– Спасибо тебе большое, Сережа. И за собаку, и за картошку.

– Ерунда, – отмахнулся он. – Времени свободного у меня сколько угодно, а Стас только четверть картофельника засадил. Одному много ли надо…

– А что за Витька? – спросила я, желая поддержать разговор.

– Витька Петриков. Я же тебе рассказывал: он открыл завод по производству патоки.

Дела у него идут неплохо, расширяется. Кстати, он купил здание, где раньше был завод твоего деда. Тот ведь тоже на патоке хорошие деньги делал. Там одни стены оставались, так что купил за копейки, из-за места, уж очень удобное. Бабки вложил, все отреставрировал, любо-дорого смотреть.

– В Витьке всегда была предпринимательская жилка, – кивнула я.

– Вот-вот. Он дважды в неделю сюда наезжает. Будет рад тебя увидеть. Или ты завтра назад? Выставила хутор на продажу? – не дождавшись моего ответа, спросил он.

– Нет, – покачала я головой.

– Когда думаешь? К весне?

– Я не собираюсь его продавать, – неохотно ответила я. – Ни сейчас, ни весной. Никогда.

– Дому пригляд нужен, да и земле… А из Москвы сюда не наездишься. Можно купить дачу поближе.

– Можно. Но я собираюсь жить здесь.

На пару минут воцарилась тишина, пока он не спросил:

– В смысле? Что значит – жить здесь?

– Это значит – жить в этом доме, Сережа.

– Но… а как же… Вы что же… с мужем разошлись?

– В этом смысле ничего не изменилось.

Сын теперь учится в Англии, с ним мы, в любом случае, виделись бы не часто. А работать я могу, где угодно, надо только интернет провести, компьютер у меня с собой.

– Интернет хоть завтра проведут… Аня, ты серьезно? – спросил он растерянно.

– Вполне.

– Но… что случилось-то?

– Да ничего не случилось. Хочу пожить здесь. Может, месяц, может, год, может, всю жизнь.