Единственная женщина на свете

Только чокнутая может отказать такому парню.

– Я уже четыре раза была замужем и считаю привычку регулярно наведываться в загс вредной.

Славка засмеялся, но как-то неуверенно.

– Как насчет романтического ужина? – спросил он.

– Годится. Но закончить его в объятиях друг друга вряд ли получится.

– Это еще почему?

– У меня есть дело сегодня вечером. Дела так редко появляются, что это я пропустить не могу.

– Вечером – это во сколько?

– В одиннадцать.

– И что за дело такое?

– Обещала подруге погулять с ее собакой.

Ничего толкового мне не предлагают.

– Мы можем гулять с собачкой вместе, по-моему, это романтично.

– Собака считает иначе. Она терпеть не может новые знакомства. Меня, правда, тоже, но хозяйке на это наплевать.

– Ладно. Пусть будет просто ужин, потом ты отправишься на свидание с собакой, а я предамся мечтам о женитьбе. Большой дом, трое ребятишек и жена у плиты.

– Такая перспектива способна отбить охоту к замужеству даже у старой девы.

– Да брось ты, нормальные желания.

Закажу столик на семь часов в «Дворянском собрании». Идет?

Я заверила, что совершенно счастлива, и вновь ускорилась. Конечно, проще взять такси, но беседы с мамой никогда не являлись моим любимым времяпровождением, и сейчас я решила, что надо подготовиться.

Мама открыла дверь и окинула меня критическим взглядом. Я растянула рот до ушей, сняла кроссовки и поцеловала ее. Поцелуй был воспринят благосклонно, а вот мой внешний вид маме не понравился.

– Ефимия, девушке твоего возраста следует выглядеть элегантно.

Не хочу тебя огорчать, но время джинсов и маечек прошло безвозвратно.

– Ерунда, – услышала я папин голос, а вслед за этим он появился в холле, обнял меня и сказал: – Ты прекрасно выглядишь.

– Ничего подобного, – отрезала мама. – Твоя дочь выглядит оборванкой.

– Красивой девушке все к лицу, даже драные джинсы. – Папа был настроен благодушно, и я решила, что желание срочно меня видеть не связано с намерением изводить меня бессмысленными разговорами, по крайней мере, папа сегодня к этому не расположен.

Он повел меня в столовую, обняв за плечи, мама следовала позади.

Столовая в родительской квартире огромная, круглый стол возле французского окна слегка в ней терялся.

– Мой руки и садись обедать, – велела мама.

Папа занял место у окна, а я побрела в ванную. Когда вернулась, мама ставила супницу с ангелочками на крышке. Даже сваренные на скорую руку пельмени мама подавала на стол в этом фаянсовом чуде.