Как бы не так

Насколько мне известно, именно милиция оберегает жизнь сограждан от всяческих посягательств. Или я что-то пропустила и издали новый закон?

– Мне непонятна ваша ирония, – вздохнул Олег Эдуардович.

– А мне непонятна ваша позиция, – ответила я. – Я врач и лечу людей, не спрашивая, кто они и что затеяли сотворить завтра: ограбить ребенка или взорвать весь этот мир к чертям собачьим. Я просто выполняю свой долг. У вас же есть свой. Думаю, вы обязаны его выполнять. Обязаны?

– Обязан, – неохотно согласился он.

 – И как, по-вашему, я должен его выполнить?

– Охранять этого человека от возможных убийц.

– Да он сам убийца, – все-таки сорвался Олег Эдуардович – нервы у него были так себе.

– Тогда посадите его в тюрьму, – кивнула я. – А если не имеете такой возможности, потому что он умнее и удачливее вас, выполняйте свой долг.

Он лучисто мне улыбнулся.

– Такая красивая женщина и такой характер, – попробовал схитрить Олег Эдуардович.

– Прекратите, – сурово отрезала я.

Он убрал улыбку. Тут в коридоре появилась Ася.

– Марина Сергеевна, дядечка ваш… этот… вас зовет.

– Теперь я могу с ним поговорить? – вежливо спросил Олег Эдуардович.

– Можете, – кивнула я. – Только должна вам напомнить, что допрашивать раненых и больных, находящихся под действием наркотических средств, вы не имеете права. Все, что он вам сейчас скажет, в суде недействительно.

– Марина Сергеевна, – вздохнул он, – вашу бы энергию да в другое русло… – Он пошел в палату, а я стала ждать, что из этого выйдет.

Появился он где-то через полчаса.

– Что он вам сказал? – вежливо поинтересовалась я.

– А ничего, – усмехнулся Олег Эдуардович с некоторым злорадством. – Темно было, никого не видел, ничего не слышал и знать не знает, за что в него могли стрелять. Обычная история: они всегда молчат.

– Послушайте, но ведь он мне сказал… – начала я.

– Да? А мне он ничего не сказал. Всего доброго, Марина Сергеевна.

 – Он проникновенно улыбнулся на прощание и зашагал к выходу. Поразмышляв, я решила навестить завотделением. С утра он пребывал в благодушном настроении и меня встретил милостиво. Я начала с места в карьер:

– Павел Степанович, просто не знаю, что делать. Больной из первой палаты, Стариков, заявил, что его хотят убить. Я позвонила в милицию, пришел их сотрудник, поговорил с больным и ушел. Вроде бы их все это не касается.