Детектив на краю лета

– Богдан ушёл, а они в овраге разговаривали. Я подслушала.

– Ну огонь-девка, – восхитился Владимир Иванович. – У тебя же ухо болело, и температурила ты.

Таша махнула рукой.

– Я ещё в каюте обезболивающее выпила, мне помогло немного. Ксения сказала, что ей заплатили, а Саша спросил, за что. Она ответила – за что всегда. Тогда Саша велел, чтобы она ему не мешала, и если хоть одно слово скажет, он её… уроет или что-то такое. И за волосы её сильно дёрнул.

Тут Таша вспомнила, как он вчера в неё плюнул и тоже дёрнул за волосы, и в голове у неё потяжелело.

Она взялась рукой за кудри, но тут же её отдёрнула.

Степан, который всё время смотрел на неё хоть и краем глаза, всё понял.

– Он и тебя дёрнул тоже?

Таша исподлобья глянула на него.

– Ничего, – сказала она. – Никто меня не дёргал.

– Резвый мальчонка, – задумчиво проговорил Владимир Иванович. – Значит, Ксении заплатили, и она не должна ему мешать. Что-то она про него знает.

– Да они вообще одного поля ягоды, – выпалила Наталья. – Конечно, она про него знает!

– Не-не-не.

Это что-то такое, чего остальные знать не должны. Эх, – вдруг сказал Владимир с какой-то залихватской интонацией, – поймать бы мне её на чём-нибудь и поговорить как следует. Сдаст она его как миленькая, в ту же секунду сдаст!

– Если есть что сдавать, – вставил Степан.

– Да видишь, получается, что есть.

– А ты когда таблетку приняла? – спросил Степан у Таши. – Перед тем, как на берег идти?

– Нет, ещё утром! Когда ухо разболелось. Я потом заснула, и Наталья Павловна меня еле добудилась.

Она говорила очень по-дружески. Ведь Степан Петрович остался её другом. И будет им ещё какое-то время – пока идёт теплоход.

До самого московского Речного вокзала.

…Если не решит сойти в Нижнем. Он, кажется, говорил, что живёт в Нижнем.

– Володь, а можно мне ещё раз записи с камер посмотреть? – спросил Степан. – Покажут мне?

– А чего не показать, конечно, покажут! Ты же всё видел. Давай сходим, посмотрим.

Теплоход приближался к огромной пристани, чайки кричали совсем по-другому, и по-другому работали винты.

На реке было полно лодок, их качало волной от подходящего теплохода.

– Полежать бы на пляже, – мечтательно сказал Владимир Иванович. – Или вон на лодочке сходить! Лодка – это вам не теплоход, это совсем другое дело! А если, например, на плоту! Да с костерком, да с ушицей!

– Володь, – поторопил Степан Петрович.

– Иду, иду.

И они один за другим сбежали по лесенке на вторую палубу.