Детектив на краю лета

Человек заходит, потом стучит Наталья, Таша открывает, потом закрывает, потом человек выходит, затем сама Таша выходит. Мне нужны записи с камер по другому борту.

– За какой день? – обречённо спросил молодой компьютерщик, которому до смерти надоели записи – всё одно и то же! – и бесконечные визиты к нему в каптёрку. Так прекрасно он жил, сидел себе перед камерами, играл в прикольную игру часами, ждал конца смены, а тут – на тебе! – происшествие за происшествием.

– За тот же самый и за день до этого.

Парень вздохнул, разыскивая нужный файл.

– Что ты хочешь там увидеть, не пойму, – сказал Владимир Иванович. – По тому борту другие каюты.

– А окно как раз на тот борт и выходит.

– И зачем оно, окно?..

– У старухи таблетки стибрили, – пояснил Степан. – Она теперь не спит. А Таша в тот день принимала какое-то обезболивающее. Вот, давай отсюда, можно на скорости!

– Так. – Владимир Иванович встал и тоже уставился в монитор. – И чего? Ты думаешь, ей это снотворное подсунули?

Степан смотрел в монитор.

Серые мелкие тени – на самом деле люди – бегали по палубе туда-сюда.

– Если она снотворное выпила, понятно, почему человека у себя в каюте не заметила! Когда Наталья стала стучать, она проснулась, открыла, легла и опять заснула мёртвым сном. Она молодая девчонка, к снотворному непривычная! А этот, который в каюте был, может, в ванную забежал, переждал, пока она заснула, и вышел.

– Смотри! – Владимир Иванович показал на монитор. – Смотри, смотри! Давай отсюда медленней, парень!

Матросик в форме прошёл по палубе туда-сюда.

Потом ещё раз. Потом подошёл к окну, подтянулся на руках, свесился внутрь так, что ноги оторвались от пола. Несколько секунд, и он вновь пошёл по палубе как ни в чём не бывало.

– Точно таблетки сунул, – сказал Степан. – Володь, опечатана каюта?

– Ясное дело.

– Нужно посмотреть в тумбочке. Рядом с окном как раз стоит тумбочка. Если там снотворное, значит…

– Значит, всё она проспала, – закончил Владимир Иванович. – И в преступном сговоре не состояла.

Он хлопнул Степана по плечу и стал выбираться из каптёрки.

– А ты сам-то верил в преступный сговор, Стёп?..

– Я должен был убедиться, – ответил Степан Петрович. – Она сказала, что ничего и никого не видела. И как это доказать?

– Ну-у, доказать! Таблетками в тумбочке тоже не докажешь!

– Да мне же не в суде доказывать-то надо! – сказал Степан Петрович. – Мне самому хорошо бы знать.

– А ты не знал, да?

– Слушай, – обозлился Степан.