Наследство бизнес-класса

Я кинулась к ней и зашептала, задыхаясь от восторга и вытаращив глаза:

– Это он? Он сейчас прошел?

– Кто? – в свою очередь, вытаращила глаза девушка.

– Мужчина, брюнет. – Она пожала плечами, а я продолжила: – Он же артист, да?

– Артист? – переспросила девица, а я всплеснула руками.

– Как же, этот… Иван Литвинов из «Навсегда с тобой». Неужто не смотрели? – вдохновенно врала я.

– Не-а…

– Ну как же… классный сериал… и он там в главной роли. Не могла я обознаться.

– Еще как могла. Никакой он не артист.

Я его сама сегодня оформляла. Он бизнесмен, по делам приехал. Сам так сказал. Вот, – заглянув в компьютер, продолжила она. – Ремизов Кирилл Александрович.

– Ну надо же… В самом деле какой-то Ремизов? А как похож… – Вздохнув еще пару раз, я направилась к выходу.

– Про что хоть сериал-то? – вдогонку спросила девица.

– Про любовь, конечно, – ответила я.

Мне предстояло нелегкое испытание: вернуть машину Элке и забрать свою, но главное – придумать для подруги внятное объяснение моей кипучей деятельности.

– Заходи быстрее, – зашипела она, открыв дверь. – Я вся извелась. Рассказывай.

Меня со страшной силой тянуло к компьютеру, хотелось пошарить в Интернете, вдруг удастся что-то узнать о Кирилле Ремизове. Но с этим придется повременить. От глазастой Элки ничего не укроется.

– Давай чаю, – буркнула я. – Документы оставляю на консоли. А мои где?

– Там же, под собакой.

Скульптурка французского бульдога, судя по весу, из чугуна, украшала Элкину прихожую и одновременно служила пресс-папье.

Я убрала документы на машину в сумку и прошла в Элкину кухню. Квартиру подруге купили родители, они же на ремонт потратились, а также на кухонный гарнитур. А потом то ли деньги кончились, то ли их доброта. Элка жила здесь три года, но прочей мебелью так и не обзавелась. Спала на поролоновом матрасе, ноутбук стоял на полу по соседству, от стены до стены была протянута веревка, на которой висели Элкины наряды на плечиках. «А больше мне ничего не надо», – философски заявляла она.

Чайник закипел, Элка побросала в щербатые чашки пакетики с чаем, которые я терпеть не могла, и рявкнула:

– Ты долго издеваться будешь?!

– Чего орешь, малахольная? – возмутилась я.

– Так нет терпения! Ну?

– Гну. Засекла мужа своей подруги. Прикинь, сидел в кафе с какой-то шмарой. За ширмочкой, в уголке. А я слышу, голос знакомый. Проявила любопытство. Точно, этот гад. Тоже за ширмочкой укрылась, чтоб он меня не засек. Потом тебе позвонила.