Мавр сделал свое дело

Сегодня съезжаются наследники. Вот тебе и стервятники, а где стервятники, там и мертвечина. Сплошная аллегория.

– Да? Хорошо, если так. Что-то мне не по себе в доме за пол-«лимона» баксов.

– Как минимум пол-«лимона», – заметила я, уверенная, что сие придаст Таньке бодрости.

– Ага. И дядю действительно кокнули. Так что нам не мешает соблюдать осторожность. С невестой это ты хорошо придумала.

Я закончила разбирать сумку, и мы отправились взглянуть на места общего пользования. Планировка дома, по крайней мере первого этажа, произвела на нас самое благоприятное впечатление.

Дом не был особенно огромным, скорее очень уютным. Вкус у покойного дяди был отменный. В коридоре висело несколько картин в дорогих рамах. Танька восторженно метнулась к ним, но я охладила ее пыл:

– Это копии. Кстати, вполне приличные.

– Да? А где оригиналы?

– В сейфах компании «Медиум», – сообщила Ирина, внезапно появившаяся из ближайшей двери. – Дядя не хранил здесь ничего особенно ценного, считал, что не стоит искушать судьбу.

Коллекция требует особых мер безопасности, а у нас, как вы видели, даже забора нет. К достижениям техники дядя тоже относился с прохладцей. Здесь нет ни видеокамер, ни сигнализации. Дядя не любил покидать дом, а уж ночевать вне дома точно терпеть не мог. Если вы готовы, мы можем пройти в гостиную.

Гостиная представляла собой комнату метров сорок с роскошным камином, зеркалом в золоченой раме с амурами, колонны на входе, потолок с лепниной и стены расписаны вполне приличным художником.

Гирлянды цветов, купидоны, вазоны, рог изобилия и прочее, прочее…

Два комплекта мягкой мебели из белой кожи, легкие шторы на полукруглом окне, паркет вишневого цвета, два шелковых ковра на нем, чья стоимость, скорее всего, тоже впечатляла, в двух углах витрины со статуэтками из фарфора. Все это напоминало парадный зал какого-нибудь дворца. Плоский экран «Сони» на стене с новейшей стереосистемой выпадал из общего стиля, но, на мой взгляд, гостиную отнюдь не портил.

Занятая разглядыванием комнаты, я не сразу обратила внимание на людей, что собрались здесь, а они между тем того заслуживали.

– Знакомьтесь, – громко сказала Ирина и почему-то тяжко вздохнула, точно вынуждена была сообщить нечто неприятное. – Это Татьяна, невеста Виктора. А это ее сестра Ольга. – Она сделала паузу и развела руками. – Прошу любить и жаловать.

Любить и жаловать нас здесь никто не собирался.