Мавр сделал свое дело

Но, несмотря на лысину, он выглядел моложе жены. Очки в золотой оправе, приличный костюм. Должно быть, бизнесмен или подающий надежды чиновник. Иначе невозможно понять, чем он мог привлечь Марию. «Скорее все-таки он чиновник», – решила я. Танька хмуро разглядывала свою будущую родню, не желая скрывать эмоций.

– Примерно так я себе это и представляла, – произнесла она вслух, хотя могла бы и помолчать.

– Не нравится? – подняла брови блондинка.

– Если честно, не очень, – ответила сестрица.

Антон захохотал, Ирина растерянно ахнула, остальные безмолвствовали.

– Это наша Верочка, дочка тети Ани. Витя вам, наверное, рассказывал? Маша дочка Петра Вениаминовича, Антон сын Аркадия Вениаминовича…

– Это девушкам неинтересно, – перебил ее Антон.

– Почему же? – возразила я.

– Воспитанность здесь демонстрировать необязательно. Наши родители друг друга не жаловали и терпеть не могли покойного. Кстати, было за что. К нам «добрые» чувства перешли по наследству.

Егор, симпатичный мужчина, старше всех собравшихся, невольно поморщился. Выглядел он очень респектабельно.

– Егор у нас политик, – тут же переключился на него Антон. – Оттого любит наводить тень на плетень. Все должно быть благопристойно, это наше главное кредо.

– Ты о своем кредо подумай, алкаш несчастный, – взъелась блондинка.

– А где, кстати, Андрей? – ничуть не обидевшись, спросил Антон. – Или такие мелочи, как наследство, нас не интересуют?

– Рассчитываешь на чужую долю? – съязвила Верочка.

– Если она будет… Моя маменька утверждает, что ждать добра от покойника – дело бесперспективное.

Дверь за нашей спиной распахнулась, и в гостиную вошли сразу двое мужчин. Первый был блондин, рослый, симпатичный, чем-то неуловимо похожий на Верочку, что и неудивительно: они оказались родными братом и сестрой. Второй очень эффектный мужчина неопределенного возраста, ему могло быть и тридцать, и сорок. Любое женское сердце начинало биться сильнее при одном взгляде на него.

Егор, увидев его, вскочил и кинулся навстречу, руку протянул еще метров за десять.

– Александр Петрович, добрый вечер. Рад, очень рад видеть вас.

Появление красавца-брюнета подействовало на всех самым благотворным образом. Дамы заулыбались, Виталий ожил, а Антон притих и вроде бы даже уменьшился в размерах.