Новогодняя коллекция детектива

 – Если хочешь знать, я его всегда терпеть не могла! Поду-умаешь, великий журналист, покоритель московских девиц! Хреноносцев он, а не Победоносцев!

– А тогда кого? – спросила Лада, до которой с некоторым опозданием стало доходить, о чем говорят подруги.

– Что – кого?

– Кого ты любишь-то, идиотка? Мы сегодня все одинаково любим Победоносцева Андрея…

– Ва-а-аню-у-у, – почти завыла Маша. – Я без него жить не могу…

– Да где ты его взяла-то? – почему-то рассердившись, спросила Александра. – А? По телевизору видела?

– Он в аптеку приходил… – с трудом выговорила Маша, – ас-аспирин покупал…

– О господи Иисусе, – пробормотала Александра.

Очевидно, алкоголь был ни при чем.

– Значит, он к тебе на свидание позавчера ехал, когда все это… стряслось? – подозрительно спросила она.

Маша горестно кивнула:

– Злой был, как нильский крокодил. Даже не поговорили толком. Это он из-за тебя переживал, Сашка… А теперь он пропал, пропал… И я его, наверно, больше не увижу…

– Заткнись, дура! – неожиданно вспылила Александра.

– Так ты из-за Вешнепольского ревешь? – удивилась Лада. – Он у тебя аспирин покупал?

– Он, – сказала Маша и улыбнулась, утирая кулаком слезы. – И алкозельцер. Он говорит – дайте что-нибудь от головы. А я ему – хотите цианистого калия?

– А он? – тупо спросила Александра.

– А он говорит – нет, мне пока что-нибудь полегче… За калием я попозже приду…

Лада подошла к дивану, на котором они рыдали, и посмотрела по очереди на обеих подруг.

– Что? – спросила она.

И тут они захохотали. Все втроем. Они хохотали так, что снизу стали стучать по батарее полоумные соседки, которых раздражал даже звук отодвинутого стула. Они корчились от смеха и катались по дивану. Они утирали слезы и кашляли, не в силах остановиться. Они взглядывали друг на друга, опухших от слез и горя, и хохотали еще громче.

Назло врагам.

Назло соседкам, полевым командирам и Вике Терехиной.

Ничтожество Победоносцев в качестве врага даже не рассматривался.

Отсмеявшись, они некоторое время молча полежали на диване.

– Пойду кофе сварю, – сказала Александра будничным голосом. – Сходи, Мань, за мороженым, как самая трезвая. Или за тортом. Только у меня денег нет.

– Зато у меня тьма, – таким же будничным голосом отозвалась Лада.