Новогодняя коллекция детектива

Дорогая игрушка как-то выбивалась из его общего сиротского стиля, но попросить объяснений она не решилась. В конце концов, это вовсе не ее дело.

В замке деликатно щелкнул ключ, и Александру с ног до головы обдало ледяной волной.

– Приехал! – гиппопотамским шепотом сообщила она Ладе.

– Кто, турок? – заинтересовалась Лада. – Уже зашел, да? Ты где? На диване или на кухне?

– На ди… на диване, – выговорила Александра. Проклятая трусость! Наверное, она никогда не научится вести себя со спокойным достоинством.

– Я приехал, – негромко окликнул ее Филипп из прихожей. – Алекс!

Это чудовищное имя он дал ей еще на Викиной вечеринке и с тех пор так ее и называл. Алекс! Подумать только!

– Я здесь, – сказала Александра. – Лад, ты прости меня, я больше не могу разговаривать…

– Ты вполне можешь разговаривать, сколько тебе нужно, – сказал Филипп, услыхав последнюю фразу.

– Он говорит, что можешь, – сообщила в трубку неугомонная Ладка. – Это он великодушие изображает, да?

– Нет, – сказала Александра, провожая глазами Филиппа, отправившегося в ванную.

– На тебя?

– Ну и на меня, конечно, – быстро проговорила Александра. – Но я стараюсь при нем особенно не трепаться, все-таки квартирант…

– Он твой любовник, – сказала Лада отчетливо. – Любовник, понимаешь? Поэтому ты можешь разговаривать, он может разговаривать, все могут разговаривать! У вас совершенно равные права, юродивая! У него еще меньше, потому что он приезжий.

– Из Парижа, – напомнила Александра.

– А нам без разницы, – сказала Ладка. – Хоть из Вашингтона. Приезжий, он и есть приезжий. Ну ладно, не сопи, я тебя отпускаю на волю. Да, Сань, тебя что-то Света Морозова искала, это Ванькин редактор. Ну, я дала ей твой домашний телефон.

– А зачем, не знаешь? – быстро спросила Александра тихим шепотом. – Может, с Ванькой чего?

– С Ванькой все то же, – отрезала Лада. – И с Манькой. Нет, она про какое-то видео говорила. Ну, я думаю, она позвонит…

Положив трубку, Александра некоторое время посидела на диване, выжидая, когда Филипп выйдет из ванной.

– Ужин готов, – сообщила она. – Ты… будешь?

– Да, спасибо, – рассеянно сказал он, явно думая о чем-то другом.

Александра быстро постелила салфетку, как всегда делала бабушка, поставила тарелку и высокий стакан, плетенку с хлебом, вилку и нож.

– А ты? – спросил Филипп.

– Я не хочу, – соврала она. Сидеть с ним за одним столом было чертовски неловко.