Последняя любовь Самурая

Ходко поднялась и стала кормить Вадима блинами. Сначала он отказывался, но потом съел пять штук, после чего они с тетей Любой практически подружились.

Я же была занята решением вчерашней загадки: если он врет, то какой в этом смысл, а если не врет, то при чем тут «Мерседес» и номер люкс? «Машина не его, – в конце концов решила я. – И номер он снимает за чужой счет, вот и шикует. Командированный, наверное. Но какая может быть командировка, если он вчера весь вечер провел со мной, с утра опять здесь, а к вечеру собирается уезжать?» Призрак папы отчетливо замаячил где-то на горизонте, и я вздохнула.

Перевела взгляд на часы и поднялась:

– Мне пора.

Тетка всплеснула руками:

– Сиди, я сама схожу.

Последовала трехминутная пантомима, тетя Люба настаивала, чтобы я осталась, я протестовала, и тут вмешался Вадим:

– Если это из-за меня…

В общем, было решено, что до дома, где жили теткины клиенты, он меня проводит, и мы отправились вдвоем.

Я катила велосипед, а Вадим шел рядом, поглядывая на меня, и наконец произнес:

– Извини, что я пришел так рано, дело в том, что… в общем, у меня вчера бумажник вытащили… или я сам его потерял. Хватился сегодня утром, когда завтракать пошел, а бумажника нет. Там все деньги были. Не очень-то много, если честно, но дело даже не в этом. У меня не осталось ни копейки, точнее, три рубля мелочи в кармане. Друг вполне может явиться только завтра, а мне утром в восемь надо быть на работе.

Билет на автобус стоит сто двадцать рублей, – со вздохом сказал он. – И я понятия не имею…

– Без проблем, – наконец-то сообразив, куда он клонит, сказала я. – Сто двадцать рублей у меня есть, и у тетки занимать не надо.

– Спасибо, – вздохнул Вадим. – Я тебе в следующий выходной верну.

– Ты мне их на телефон положи, так будет проще, номер своего мобильного я тебе дам.

– У тебя есть мобильный? – обрадовался он.

– Есть, просто здесь он ни к чему.

– Я сейчас же запишу номер. – Он достал свой телефон, по виду вполне скромный, но эта скромность стоила недешево, что вновь повергло меня в раздумья. Впрочем, парни – выпендрежники и любят покупать дорогие игрушки.

С телефоном мы разобрались и отправились дальше. Сто двадцать рублей перекочевали из моего кармана в его, и Вадим принялся зудеть, какая я добрая и чуткая девушка, ведь сто двадцать рублей немалая сумма.