Строптивая мишень

 – Шлепнешь – и опять присядешь… лет на семь…

Он посмотрел сурово, потом моргнул и сказал:

– Не твое дело.

– Оно конечно, – миролюбиво согласилась я и стала картошку жарить. Алексей сидел насупясь и в окошко поглядывал. По всему выходило, что мои слова навели его на неприятные мысли.

Чем больше я за ним наблюдала, тем больше он мне нравился. Положительно, он именно тот, кто мне нужен… Картошку поглощали в молчании. В знак признательности за оказанное гостеприимство я вымыла посуду и спросила:

– Где можно спать лечь? Я с ног валюсь…

– В большой комнате диван, в маленькой кровать, выбирай.

– Можно, я на кровати? Диваны, они обычно жесткие…

– Я же сказал, выбирай…

– Ага, – обрадовалась я. – Тогда спокойной ночи… Алексей, отдал бы ты мне пушку…

– Зачем?

– Ну, не знаю… место глухое, и ты, уж извини, на благородного рыцаря не очень похож…

– Это в том смысле, что я к тебе приставать начну? – усмехнулся он.

– Это в том смысле, что сдашь меня, когда я спать буду. Сам сказал, что охотников на меня знаешь.

– Так ты что, отстреливаться думаешь?

– Конечно.

– Мысль паршивая, должен тебе сказать. Вряд ли ты кого подстрелишь, зато наверняка попортишь пулями стены и соседей зря напугаешь.

– У тебя сложилось неправильное мнение, – начала я, но он меня перебил:

– Иди-ка спать, дорогуша.

Я пожала плечами и ушла.

Кровать была железная, с шариками, такие я только в старых фильмах видела. Еще бы гору подушек… Я немного попрыгала на матрасе, испытывая блаженство при мысли, что сейчас разденусь, лягу и усну.

Спала я крепко и без сновидений, а проснувшись, почувствовала доносящийся с кухни запах кофе, жареного хлеба и яичницы. Я сладко потянулась и выглянула в окно, где ярко светило солнце, а потом посмотрела на часы: 9.15. Я выспалась и чувствовала себя отлично. Поднялась и вышла в кухню. Алексей в старых шортах сидел за столом и пил кофе, демонстрируя голую грудь и свежевыбритую физиономию. Если честно, привлекательнее он не стал.

– Привет, – сказала я, на всякий случай улыбаясь.

– Ты бы не шастала в таком виде, дорогуша. У меня после двух лет отсидки нервы слабые.

– Извини, – поторопилась я исчезнуть за дверью. Натянула джинсы и вновь появилась в кухне. – Можно позавтракать? – спросила, усаживаясь напротив.

– Можно. Ты куда мотать собираешься? – поинтересовался он через пару минут.

Я пожала плечами:

– Все равно. Что один город, что другой. У меня ж нет никого.