У прокурора век недолог

Машина до сих пор в мастерской.

– Олег мне говорил, – вздохнула я. – Именно по этой причине он и не заехал ко мне.

Оба быстро переглянулись, а я, уловив это, насторожилась.

– Он так сказал? – спросил парень.

– Да, а что, на самом деле было иначе? – Татьяна уткнулась носом в свой пуховый платок, избегая моего взгляда, а Андрей тихо чертыхнулся:

– Говорил я ему…

– Что говорил? – еще больше насторожилась я.

– Ну… что лучше ментам рассказать все, как было. А он уперся, помалкивай… А как помалкивать, если бабка меня видела.

– Какая бабка? – начала злиться я. – Может, ты расскажешь толком?

– А чего рассказывать? – Он поморщился. – Олег вчера ко мне заехал, с тачкой проблемы, ну, загнали ее в мастерскую, а я как раз собрался домой, он и говорит, подбрось меня, по пути, мол… Ну, мне что, поехали, говорю. Он из багажника сумку взял, с дрелью, сел в кабину, говорит по дороге: «Тормозни на Мещанской, заскочу на квартиру к одной девчонке, я ей гардины обещал повесить, дрель занесу, чтоб завтра в руках не таскать».

Он утром к тебе хотел заскочить и гардинами заняться. А дрель тяжелая…

– Я понимаю, – кивнула я.

– Ну, я встал возле арки. Олег в подъезд вошел, а грязь после дождя страшная, ветровое стекло мыть замучаешься, я то и дело воду в бачок заливал, вода у меня в пластиковой бутылке кончилась, я ее и бросил на тротуар. И тут бабка из окна как заорет: «Мусорите, на машинах по тротуару гоняете, я сейчас в милицию позвоню…»

– Все это происходило, пока Олег был в моей квартире? – не удержалась я.

– Конечно. Пять минут прошло, не больше, он бежит. Лицо бледное, и вроде как трясет его. Я стал про бабку рассказывать, а он будто не слышит, а потом говорит: «Андрей, нас здесь не было». Ну, не было и не было, мне что. Утром позвонил мне и еще раз напомнил: мы на Мещанской не были. Слыхал, говорит, там убийство, затаскают менты… Я опять про бабку эту, а он: «Тебя там никто не знает, а бабка что, у бабки склероз. И она ни в жизнь не вспомнит, «Жигули» стояли или «Волга», а у тебя вообще иномарка, «Опель».

Ну, я ему – как знаешь, а ведь чуяло мое сердце… такая бабка вредная, и поверишь ли, она мой номер записала. Прогрессивная старушенция, у нее внук машинами увлекается, так она и «Опель» узнала. Сегодня ко мне менты явились, так, мол, и так, что вы делали на Старой Мещанской. Ничего, говорю, не делал, мимо, говорю, ехал, встал водички долить. Ну, они меня в оборот. Мужики в мастерской видели, как мы с Олегом уезжали, все ясней ясного.