Закон семи

Под этими словами, которые, судя по всему, являлись цитатой из какого-то церковного труда, стояла приписка: «Как это верно. И как современно звучит».

Следующая цитата особенно заинтересовала Костю: «Будешь ты оружием Господа, его щитом и мечом, стеной нерушимой на пути Антихриста…» Костя достал аккуратно сложенный лист папиросной бумаги и сравнил текст: так и есть, все слово в слово. Тут дверь за его спиной скрипнула. Костя повернулся и увидел Андрея.

– Я вижу, вы уже закончили? – без намека на любезность спросил монах, входя.

Костя смутился и поспешно кивнул. Он даже покраснел, такой непереносимой ему показалась мысль, что Андрей застал его за чтением чужих бумаг. Андрей приблизился, мельком взглянул на лежащие на столе листы и вроде бы успокоился. По крайней мере, его следующие слова не звучали уже столь сурово. Он поинтересовался, удовлетворил ли Костя свое любопытство, и Костя ответил уклончиво, а затем указал Андрею на недостающие, по его мнению, страницы в книге.

Тот внимательнейшим образом изучил аккуратный срез и, пожав плечами, ответил в том смысле, что если и имели здесь место какие-то страницы, то ему об этом ничего не известно. Когда он сам впервые увидел книгу, она выглядела точно так же, как и сейчас.

Кстати, Андрей оказался вполне светским собеседником, и разговор с ним вышел занятным, пока Костя не сообразил, что свое красноречие тот расточает не просто так, а с определенной целью: расположить молодого человека к себе.

И наконец монах поинтересовался, что Костя намерен делать с кинжалом. Костя с удивлением ответил: раз кинжал является уликой в деле об убийстве, то должен быть приложен к делу, иными словами, он забирает его с собой. Андрей вроде бы хотел возразить, но не решился. Несколько раздосадованный, Костя задал свой вопрос, достав лист папиросной бумаги и протянув отцу Андрею:

– Я обнаружил это в келье Никона. Не соблаговолите объяснить, что сие может быть?

Андрей со всей серьезностью отнесся к вопросу, внимательно осмотрел листок, на мгновение что-то вроде удивления промелькнуло в его лице, прочитал текст и вернул Косте.

– Похоже на псалом, только цитируется весьма вольно. «Будешь ты оружием Господа…» Да, один из псалмов.

– А поточнее вы сказать не можете?

– К сожалению, я не так силен в Священном Писании, как хотелось бы, – ответил Андрей и покраснел – стыдясь то ли своей некомпетентности, то ли вранья.