Зимняя коллекция детектива

– Вы такая проницательная малышка!

Тут Женька засмеялась – проницательная малышка, надо же! – а Алла подумала: странно, что мы сразу его не узнали. Он очень на себя похож! Нет, не так. Этот человек в золотых очках действительно очень похож на Игоря Виноградова из телевизора.

…Пожалуй, там, в пластиковом омуте, он выглядит старше и тяжеловесней, здесь порхает, как бабочка, и щебечет, как скворец. Он находится на каком-то там трудно запоминаемом месте в списке «Forbes», владеет какой-то трудно запоминающейся собственностью и состоянием, которое сложно себе представить.

Странно, что мы его не узнали.

Впрочем, не слишком и странно. Невозможно, ну никак не возможно соотнести человека из телевизора и списка «Forbes» с Приполярным Уралом, метелью и кордоном «полста-три»! Почти невозможно.

– А что вы здесь делаете, Игорь? Отдыхаете? Или у вас дела? Только не говорите, что вы охотник и прилетели на охоту! И будете убивать беззащитных лосей с вертолета! Я терпеть не могу охотников, я их ненавижу!

– У меня здесь друзья, – едва вклинился миллиардер в Женькино красноречие.

 – Девочки! Шампанского! Мальчики наливают себе сами.

Сергей Васильевич моментально вытащил тяжелую пробку из высокого штофа, полного янтарно-медовой жидкости, разлил в высокие стопки, умилился на них и замер в предвкушении.

– Ну, за нашу встречу! Я не верю, что бывают случайные встречи, я точно знаю, что все на свете предопределено судьбой! – произнес Виноградов.

Он нашел глазами Кузьмича.

Тот стоял в дверях, привалившись к притолоке и скрестив ноги. Секунду, а то и меньше они смотрели друг на друга, потом Игорь опрокинул в себя стопку.

Алла глотнула ледяного шампанского.

…Что здесь происходит? Что такое этот самый кордон «полста-три», которого нет ни на одной карте?

– А пойдемте все на улицу, ну пожалуйста! – весело заскулила Женька. – Мальчишки, а?! Возьмем с собой бутылку!

– Там метель.

– Ну что метель? Подумаешь, метель! Зато так романтично! Игорь, ну вы-то не станете отказываться?!

Алла посмотрела.

Кузьмич пропал из кухни, как и не было его.

Марк появился только под вечер, и где он пропадал, непонятно.

Метель расходилась с каждой минутой, лес под горой гудел грозно, трубно. Ветер терся о лиственничные стены, налегал на них и швырялся снегом. Когда сумерки совсем сгустились, где-то в отдалении застучал дизель – ту-ту-ту-ту, – зажегся свет, и Женька, очень хмельная от шампанского, захлопала в ладоши.