Симона и сокровища Асафа

Андрей сидел на берегу и по-прежнему пил из фляжки. То ли у нее было двойное дно, то ли мужчина растягивал удовольствие.

Люба отошла в сторону и с улыбкой сказала:

– Это доктор, который меня однажды оперировал. Константин Евгеньевич. Катерина, моя подруга. Там Андрей, ее муж.

Все обменялись «оченьприятностями».

– А выглядите как актер или спортсмэ-эн! – заявила Катя, прицельно осматривая мужчину. – Может, к нам присоединитесь? Мы вечером устраиваем танцы. Как раз, хм, партнера для комплекта не хватает.

Да и в картишки резаться вчетвером веселее.

– Спасибо, – ответил Константин. – Если Кузьмина включите для медленных танцев, то я «за». Где будете ставить палатку?

Подошел, скрипя штанинами, Андрей. С нажимом ответил, глядя на доктора: «Где-нибудь подальше от вас. Катька, пошли! Люб, догонишь?»

– Да-да.

Елисеевы подхватили сумки и потопали по берегу.

– Вы на все выходные? – уточнил Константин и провел рукой по Любиной щеке. Она отодвинулась.

– Завтра в обед назад.

А ты?

– Я живу тут почти неделю, один-одинешенек. Но завтра тоже отчаливаю. Ты такая же красивая… Даже лучше стала. Жалко только, косу обрезала. Хотя что это я. Женская натура переменчива. Не только в плане причесок.

– Просто в сорок лет короткая стрижка удобнее, – пожала она плечами.

– В пятьдесят тоже, – засмеялся он и взъерошил свои волосы, в которых «соли» было уже заметно больше, чем «перца».

Помолчали.

– Вода отличная сегодня, – заговорил Константин. – Купаться будете?

– Да.

Мы так-то собирались гулять до умопомрачения, потом купаться и шашлык жарить. Но, наверно, друзья уже не захотят никуда идти. Спасибо алкоголю. А у меня есть дело тайное на са-амом дальнем острове. Неизвестно, когда еще сюда выберусь. Все-таки триста километров от дома.

– Зови меня, помогу, чем могу.

– Хорошо, если надумаю, позвоню. Номер тот же?

– Да. Неужели не удалила?

– Нет, конечно. Мало ли кому потребуется хирург!

Она не стала говорить, что помнит эти цифры наизусть.

И не только цифры – а каждый день той истории. Тут мобильный истошно задергался. Люба сказала: «В общем, созвонимся!» и пошла вслед за друзьями. По телефону тетя докладывала: сын наелся рисовой каши и клубники, погонял кота, собираются на море. И водорослей нынче почти нет, и кукурузу вареную полюбил, просит каждый день. И даже домой не хочет.

Люба поугукала, улыбнулась и положила трубку. Не заметила, как перестала сутулиться.