Я – ваши неприятности

– Обязательно белую? – проявил любознательность наш эксперт. – Лично я в городе знаю только одну машину, способную вогнать в дрожь любого бандита. Ее неделю назад пригнали.

– Что значит «знаю»? – передразнила Серафима. – Я тоже много чего знаю. Организовать сможешь?

– Отчего ж не смочь. Принадлежит она моему знакомому, мужик нормальный…

– Кто такой?

– Тарханов Илья Сергеевич.

– Знаю. «Мишка на Севере».

– Это конфеты? – полюбопытствовала я.

– Нет, мороженое, – ответила тетушка. – Фирма такая, Илья Тарханов ею заправляет.

Год назад его компаньона убили, месяц назад другого. Он машину на помин души пригнал?

– Сие мне неведомо. Думаю, если я попрошу у него машину на пару часов вместе с шофером, он мне не откажет.

– Какое там, рад будет услужить, – усмехнулась тетушка. – Все под богом. А ты никак завтра с нами собрался?

– Конечно. Во-первых, жутко интересно, что у вас получится, во-вторых, если Циркач клюнет, мое присутствие внесет большую путаницу. И опять же пыль в глаза пустить: актриса к нам приехала, да такая, что сопровождать ее должен по меньшей мере начальник спецподразделения.

– Головастый ты мужик, Вова, – сказала Серафима уважительно. – Давай решай вопрос с машиной.

– Илья сейчас скорее всего в офисе, позвоню…

Илья точно оказался в офисе, хотя для меня никаким Ильей он не был, да и Владимир Петрович, общаясь с ним по телефону, обращался уважительно: Илья Сергеевич.

– Кулагин беспокоит, – сообщил он. – Как здоровье?

Видно, Илья Сергеевич стал о здоровье рассказывать, а Володя кивать и улыбаться, когда ему это надоело, он сказал:

– А у меня просьба личного характера.

Если не возражаешь, я сейчас к тебе подъеду… да… и не один… две красивые женщины… просто жаждут познакомиться… – В этом месте Владимир Петрович хохотнул и повесил трубку, и мы стали собираться в гости, хотя, с моей точки зрения, идти в гости в чей-то офис довольно странно.

Серафима готовилась к встрече с неведомым мне Тархановым с большим усердием, чем вызвала смутные подозрения.

В конце концов мы покинули квартиру и вышли во двор, где под раскидистой липой укрывалась от зноя машина Серафимы – «Жигули» шестой модели. Владимир Петрович был «безлошаден». Как сообщила Серафима, в его задрипанной «трешке» стуканул мотор, теперь она спокойно сгниет в гараже: новый мотор он не купит, а починить старый руки не дойдут. Позлорадствовав вволю, она сказала верному другу:

– Садись за руль, терпеть не могу, когда мужики без дела сидят.