Куколка наша

Причина ее громких заявлений – недовольство доходами супруга, который к тому же редко бывает дома. На мой взгляд, Надя прекрасно устроилась и безбедно существует. Но переубедить ее невозможно. Она постоянно твердит мне: «Я выходила замуж за преуспевающего во всех отношениях футболиста, а трачу лучшие годы на жизнь с нищим помощником тренера провинциальной команды». После его возвращения с дорогими подарками, зарплатой и премией за выигранные матчи, она витает в облаках, наслаждается счастьем и возможностью делать покупки в дорогих магазинах.

Как только он уезжает, она приступает к реализации плана «Ухожу навсегда», но, как правило, лишь на словах.

В этот раз ситуация осложнилась приближающимся днем рождения Нади и поведением ее мужа, не появившимся накануне, а главное – не приславшим ни денег, ни подарков. И в конце нашего разговора она возвышенно-торжественным тоном заявила мне:

– Вот увидишь, теперь я точно ухожу навсегда! Чтобы ты не сомневалась, докладываю: в шикарном ресторане, а не дома, одни, а не с мужьями и детьми встречаемся послезавтра вечером.

Клянусь, что без состоятельного мужчины я оттуда и шага не сделаю!

– Не сомневаюсь, и не клянись. Назови время нашей встречи и то место, где ты собираешься обрести счастье в лице щедрого и добропорядочного олигарха.

Надя – это весомая и неотъемлемая часть моей жизни, прошлой, настоящей и, надеюсь, будущей. Я ее люблю со всеми ее достоинствами, недостатками и даже с тем, что именуют пороками. В рассказе о ней я могу произнести, что она моя хорошая знакомая, приятельница, подруга, могу назвать ее моей Надей, нашей Надькой.

Хотя у моего мужа несколько иное отношение к этой женщине, но и он регулярно интересуется, почему это Надька два дня нам не звонит, не приходит в гости, не напрашивается к нам на дачу.

Летним субботним днем за городом мы можем часами сидеть и молчать: он читает, я что-то пишу. Нам это молчание не в тягость и даже по-своему приятно. И вдруг муж говорит: «Все. Звони Надьке. Скажи, что через час мы ждем ее на нашей станции».

И вот она выходит из вагона, красивая, нарядная, с пакетами гостинцев и … удочками. «Да, да, мои дорогие», – улыбаясь, говорит она, – на утренней зорьке наловим карасей и приготовим на обед настоящую уху, а не ваши запасы из холодильника». Дом сразу же оживает. Она устремляется к шкафу, по пути включает музыку, достает одежду для себя и кучу соломенных шляп, чтобы всех нас троих одеть в головные уборы, приглянувшиеся ей в этот раз.