Знак предсказателя

Мы не видимся неделями, все реже оказываемся в одной постели, и то, что меня это устраивает, лишний раз свидетельствует: мы не совсем похожи на влюбленную пару.

– Полно людей вокруг именно так и живут… – Он вновь покачал головой, сообразив, как нелепо это прозвучало.

– Согласна, – пожала я плечами, – но съезжаться нам не стоит. Создадим друг другу лишние неудобства.

– Вадим в тебя втюрился, это ясно, – буркнул Димка, глядя на меня исподлобья.

– При чем здесь Вадим? – разозлилась я.

 – Если у меня появится мужчина, он будет кем угодно, только не членом нашего странного трудового коллектива.

– Ты так в самом деле думаешь? – В голосе была насмешка, а еще сочувствие, как ни странно. И это задело, точно он наперед знал: ничего подобного в принципе невозможно.

– Уверена.

Мы немного помолчали, глядя друг на друга в большой печали.

– Я не оправдал твоих надежд? – первым нарушил молчание Дима.

– Считай, что я сама толком не знаю, чего хочу.

– Значит, все-таки не оправдал.

– Как и я твоих.

– Я по этому поводу не особо заморачивался.

– Может, в этом все дело?

– Типа, это ты взяла меня за руку, и я пошел, как овца на заклание? – Теперь в его голосе была обида.

– Сравнение с овцой мне не нравится. Но по существу… разве было по-другому?

– Я знаю одно: мне хорошо с тобой. Даже когда тебя нет рядом, сама мысль, что ты… Господи, что за чушь я несу… – покачал он головой. – На самом деле я просто идиот.

Забыл, что женщины нуждаются во внимании. Мог бы цветы принести сегодня и вообще… Много бы чего мог… Мы с тобой нигде не бываем…

– Хватит покаянных речей, – перебила я. – Давай не будем спешить, если уж мы сошлись во мнении, что один раз точно поторопились.

– То есть ты предлагаешь ничего не менять?

– Я предлагаю не насиловать самих себя, – засмеялась я. – Делать лишь то, что хочется делать, а не то, что должны. Собственно, именно так мы и живем сейчас.

– Плывем по течению?

– В надежде, что окажемся в нужной точке.

Он поднялся и взял меня за руку, мы обнялись и долго стояли, тесно прижавшись друг к другу. Мне было спокойно в его объятиях, мир стал простым и ясным, но теперь я, как никогда, отчетливо понимала: Димка для меня кто угодно – друг, брат, но только не тот мужчина, которого я бы хотела назвать возлюбленным. Хуже того, я знала: в этот момент наши мысли были схожи.