Всё равно мы будем

Ведь они на солнечных батареях! А откуда солнце здесь? Или они их каждый день на улицу выносят заряжать?

Старичок впереди негромко кашлянул, и Катя устыдилась своих мыслей. Действительно, что это она, глазеет вокруг, как турист? Сейчас важнее другое. Она сосредоточилась на серой спине ведущего и попыталась идти с ним след в след.

Они шли молча и торжественно. Катя знала, что дорога к тясицу это важная часть древнего японского ритуала. Путь символизировал удаление от повседневных забот, суеты и тревог.

Ее провожатый остановился перед большой циновкой у входа в чайный домик. Наклонился, снял варадзи, плетеные сандалии с завязками, и перешагнул через воображаемый порог.

Катя тоже сняла кроссовки. Неужели ей доведется поучаствовать в легендарной чайной церемонии садо? Похоже, что так.

Вопросы толпились в ее голове, толкались, пихались, как пассажиры в троллейбусе, и каждый хотел быть задан, но водитель, ответственный и строгий, не позволял им проявиться, и через какое-то время они дружно выдохнули, прижались друг к другу и затихли.

Вступив в домик, Катя разглядела того, кто сидел в углу. Он выглядел намного моложе тех двоих, если можно сравнивать, конечно, ибо все трое казались Кате древнее горы Хиэй.

Он играл на длинной бамбуковой флейте. Эти звуки и привели Катю сюда. Маленький и кругленький, третий старичок напоминал Хотея – бога изобилия и радости.

Она молча поклонилась.

Так как других гостей не было, она поняла, что это будет особая церемония, риндзитяною, посвященная только ей.

А с чего такая честь? Это что, все только для меня? Как будто меня здесь ждали.

Старик «сенсей» улыбнулся, словно прочитал Катины мысли, и занял место чайного мастера.

«Хотей» продолжал сидеть в углу и играть на флейте, но мелодия сменилась с призывно-лирической на тихую и монотонную. Кате казалось, что он тянул одну ноту, тихо-тихо, словно боялся, что от более громкого звука расплескается чай.

Густая и протяжная песня флейты приглашала расслабиться и забыть обо всем.

С точки зрения логики все вокруг происходящее походило на сцену из спектакля в театре абсурда. Какая-то пещера, какие-то старички, какой-то дырявый чайный домик! Без окон, без дверей…

Катя отмахнулась от этой мысли. Звук флейты уводил ее от земли, от прямолинейной логики.