Всё равно мы будем

Она неловко, как в полусне, сползла с аппарата и принялась механически одеваться. Руки отказывались подчиняться, юбка выскользнула и упала на пол. Катя наклонилась за ней и пошатнулась.

– С вами все в порядке? – девушка-врач участливо поддержала ее за руку.

Катя кивнула, как замороженная. Все происходило будто не с ней. Она словно смотрела страшный фильм, но к ней он не имел никакого отношения.

Не помня как, она вывалилась на улицу. Вытащила телефон. Последним непринятым был вызов от Риммы. Катя ткнула в зеленый кружок.

Попала. Хотя руки тряслись, а глаза застилал туман.

Она произнесла что-то нечленораздельное, как эпилептик, который силится собрать слова воедино, но они разъезжаются, и он не успевает. Осознание своей беспомощности и страха, что случилось непоправимое, парализовало ее.

– Адрес давай! Я сейчас приеду! Сиди, никуда не уходи! – крикнула Римма в трубку.

Катя повалилась на скамейку и уставилась стеклянным взглядом в стену поликлиники. Дверь, как огромная черная пасть, то и дело распахивалась, глотая и выплевывая людей.

Пока живых. Смотреть на пасть поликлиники было неприятно, и она опустила глаза.

К ее ногам сразу подскочил воробьишка: чего, мол, сидишь, есть давай! Он скакал боком и так посверкивал глазами, что Кате стало неудобно. Она поискала в кармане – ни крошки. «Не подготовилась», – осуждающе посмотрел на нее воробей и скакнул прочь, к другой скамейке, где сердобольная бабушка щедро крошила горбушку белого хлеба. Вот где движуха! На Катиных глазах разгорались истории из воробьиной жизни, с их маленькими воробьиными проблемами, которые они решали тут же, не заботясь о будущем.

«А почему маленькими?» – подумала она. Для них их проблемы так же велики, как для нее ее собственные сейчас. Жизнь и смерть касаются каждого. И у каждого свой крест.

Позади хлопнула дверца автомобиля. Прицокали каблучки. Катю обдало ярким солнечным ароматом духов.

– Что тут у тебя?

Все, что Катя смогла произнести:

– В онкологический…мне надо…к маммологу…а там запись…

Римма молча и деловито набрала номер.

Катя услышала только:

– Спасибо, мы уже едем.

– Вы не переживайте, все нормально, у вас тут небольшой узелок, ничего страшного, – деланно бодро стрекотал врач, полный кудрявый мужчина в накинутом на костюм белом халате, который не сходился на животе. – Мы прямо сейчас разрежем, отправим на биопсию, посмотрим, даст Бог, это доброкачественная, вырежем и все, шрамик будет совсем небольшой.