Тысяча и одна дочь

?

*

Первые заморозки стукнули по земле уже назавтра. Студентка с нетерпением облачилась в пудровую радость и побежала в институт. Весь день ее одолевала слабость. Сильно болела голова. Непонятно, почему. Обычно на погоду реакций не было.

Вечером Аля пошла в кафе с молодым человеком. Игорь давно ей нравился, а тут сам позвал на свидание. Жизнь не переставала удивлять. Через час смеющаяся девушка отлучилась в дамскую комнату. Где и рухнула возле раковины.

Визги посетительниц долетели до Игоря. Он рванул к дверям туалета, столкнулся с официанткой и увидел… Его красавица лежала на полу.

Одна из девушек уже вызвала «Скорую»…

Чуть ли не каждый час мужчина звонил в больницу. Новости не давали ему спокойно сидеть на месте. У Али аневризма сосуда головного мозга. Оперировать бесполезно. Остается ждать.

Игорь ждал, набирал номер отделения и снова слышал, что изменений нет. День, другой. На третий в трубке как-то замялись. На его сдавленное «Она хотя бы жива?» раздалось жесткое «нет». Связь прервалась.

?

Женщина смотрела в окно и плакала от счастья. Она чувствовала себя прекрасно. И ей не просто казалось. Врачи подтвердили, что опухоль исчезла. «Чудо! Просто чудо!» – говорили они и разводили руками. Она загадочно улыбалась в ответ…

_________

Наши дни

Все началось с температуры. Гришка спал на кухне, чтобы нас не заразить. Клавка пришла и варила ему бульон, заваривала облепиху. А я чувствовала, что закрытая дверь – это мой личный враг.

Там – прошлое время. Где судьба лежала божьей коровкой на ладошке.

Мы с ним сидели вместе за ноутбуком и смотрели кино. Еще терли сыр на пиццу, открывали шампанское и влюблялись друг в друга заново на диване. Строили планы – он станет судьей, я открою студию красоты. Вот объездим страну и примемся за планету. Вот построим дом и заведем собаку. И мечтали, конечно, о детях. Ду-ра-ки.

Здесь – настоящее и, видимо, будущее. Я и тот самый ребенок. Дочери месяц. До сих пор не понимаю, как к ней отношусь. Люблю? Боюсь? Забочусь? День состоит из тысячи крохотных и не очень дел.

Но больше всего я ненавижу ночь. Потому что не знаю, буду ли спать. Внутри паника замешивает тесто. Мне стыдно перед мужем. За то, что не могу уделить ему время. За то, что не могу уложить ее спать. Паничный замес все круче. Этот комок, кажется, сейчас выскочит из моего живота и взорвется в воздухе. Скорее бы. А пока только слезы, слезы, слезы. И простынь в поту, когда просыпаюсь трижды за ночь, чтобы ее покормить.