Голубки воркуют…

 – Как ты могла, хулиганка?

– А ты? – игриво говорила Лотта, прильнув вновь в его объятия.

Слушая их, Валентин стал вновь медленно приближаться к спальне, но решиться войти пока не мог…

– Никто не узнает, – прошептала Лотта, и Алексей, зашнуровав её корсет, повернул к себе лицом:

– Я всё равно уезжаю утром. Меня ждут другие приключения.

– Я буду скучать, должна признаться, – жалостливо молвила Лотта. – Когда ты вернёшься?

– Когда я вернусь, ты будешь уже замужем, – улыбался Алексей, желая вновь развязать корсет.

Только обоим пришлось оглянуться на медленно открывшуюся дверь, на пороге которой показался Валентин. По его глазам, по его молчанию оба, так и застыв в объятиях друг друга, всё поняли. Сглотнув подступившее переживание, Лотта отстранилась от Алексея и схватила лежащее на полу платье:

– Это всё странно выглядит, но всё не так, – пролепетала она, взглянув на Валентина, но он неотрывно смотрел в глаза уставившегося в ответ Алексея.

Тот же не смог долго вот так стоять и отвёл взгляд в сторону.

– Что здесь проис,… – не договорил прибывший домой Пётр.

Он встал позади Валентина и сразу понял происходящее. Выдохнув с недовольством в сторону, он тут же отошёл к окну.

– Какой же ты подлец, – повернулся тут же Пётр.

Алексей в тот же момент отвёл виновато взгляд.

– Молчать будешь?! – выкрикнул Пётр с раздражением. – Как ты мог?! Ты обещал, что только поговоришь! У тебя в голове есть хоть что-то?! Неужели только животные инстинкты владеют тобой, дурень?!

– Да, я предал друга, – согласился Алексей, тяжело вздохнув, но не смея поднять глаз к разозлившемуся брату.

– Не удержался?! – возмутился Пётр. – Что у тебя, кроме плотских утех, в голове?!

– Девицы сами просят! – развёл руками Алексей, выкрикнув в ответ. – Я не могу отказать!

– Урод, – поразился Пётр.