Я не хотела умирать

Мы уже не смотрели, лежа в обнимку на его кровати, диснеевские мультики, не наблюдали с восторгом и желанием завести такую же собаку за приключениями «Комиссара Рекса»[14 - Сериал созд. Петер Мозер и Петер Хайек, 1994 г.]. Дима превратился в подростка и стал держать от меня дистанцию. Он мог пропасть надолго, а потом внезапно появиться, объяснял своё отсутствие лишь фразой, что у него были дела. Он стал ещё более резким и вспыльчивым, я его часто бесила, о чём он незамедлительно сообщал, мои игры ему не нравились, свои он не предлагал.

Мы стали больше молчать, чем разговаривать. Я не знала, что сказать ему, чтобы не показаться несмышлёным ребёнком, а он был весь погружён в себя и скрытен. Я плакала, меня очень расстраивало наше отдаление, а Дима как будто этого совсем не замечал. Я не рассказывала ему, что в школе меня обижают одноклассники, он был таким успешным, популярным, сильным, и мне не хотелось выглядеть рядом с ним забитым, никому не нужным ребёнком и стать ещё более неинтересной, чем я уже была.

Но произошедшее с Сашей я ему рассказала. Он увидел след на моей руке от её зубов и спросил, а я не стала скрывать. Мне хотелось поделиться своей правдой хоть с кем-то, я плакала у него на груди, он молча слушал, гладя меня по волосам.

– Почему они все лгут, Дима? Почему?

– Потому что им это выгодно, – рассудил он.

– Они рассказывают то, чего не было! Ведь не было же? Правда? Я уже сама себе не верю, – растерянно произнесла я.

– Я тебе верю.

Я всегда на твоей стороне, а ты всегда должна мне доверять, понятно?

Я закивала.

– А они ещё об этом пожалеют, – крепко прижав меня к себе, сурово сказал он.

На следующий день к воротам школы подъехала Димина машина.

– Что ты тут делаешь? – удивлённо воскликнула я, подбежав и обняв Диму.

– Кто тебя обидел? – сухо спросил он.

– Вот та девочка в малиновой куртке, – я показала пальчиком на Сашу.

Дима резкой быстрой походкой направился к ней, я едва поспевала за ним следом.

Он подошёл к Саше вплотную и, грубо взяв её за грудки, с бешеной яростью прокричал:

– Ещё раз, мерзкая тварь, её тронешь, я тебе все зубы выщелкаю, ты меня поняла?

Игравшие во дворе ребята замерли, наблюдая. Саша от испуга не могла проронить ни слова, лишь всхлипывала.

– Ты поняла меня, паршивая сучка? – громко крикнул он, с силой её тряся.

– Да, – прошептала Саша и разрыдалась.

Дима выпустил её из своих рук.