Когда землю укроет снег

Огни замерцали еще ярче, закружившись в таком бешеном вихре, что я полностью потеряла ориентацию в пространстве.

Вернулся слух – вокруг истошно вопила магическая охранка, где-то рядом стонали и плакали люди, кто-то ругался. Пронзительное разноголосье, а местами сдавленные рыдания – все смешалось в нестройный гул.

Меня все-таки вырвало. Стояла на четвереньках, опираясь руками о пол, и меня мучительно выворачивало. Но так как я еще ничего не ела с утра, желудок был пустой, и рвало меня желчью.

Ее горький вкус горел на языке и губах. Хотелось умыться, глотнуть воды или попытаться сделать хоть что-нибудь. Но живот продолжало сводить болезненными спазмами. На глазах уже давно появились слезы, холодный пот, казалось, выступил сразу из всех пор, и стало трудно дышать. Когда же это закончится? Я же просто умру, захлебнувшись собственной рвотой.

А потом вдруг резко все прекратилось. Кто-то осторожно обнял меня за плечи и протянул фляжку с водой.

Первым глотком я прополоскала горящий рот, воду выплюнула на пол.

Тогда мне точно было не до манер. Сосуд не отняли, позволили выпить воду до дна.

– Жива? – тихо спросил мужской голос, и я, медленно открыв глаза, в первый раз взглянула на того, кто был моим спасителем.

Сердце буквально ухнуло в пятки, когда я уткнулась взглядом в желто-оранжевые глаза с вытянутыми зрачками, что, не мигая, пристально смотрели прямо на меня.

Перевертыш.

Отшатнулась, едва не упав, и испуганно замерла, лихорадочно вспоминая инструкцию, предусмотренную на случай встречи с перевертышем.

И не просто перевертышем, а одичавшим.

Первое – не смотреть в глаза. Тут же опустила взгляд, но краем глаза продолжала за ним следить. Готовая в любой момент… Что? Чем я могу ему ответить? За те пару секунд, что я на него смотрела, могла оценить крепкую фигуру и развитую мускулатуру. Я даже заклинание не успею сплести, как он разорвет мне горло.

Второе – не делать резких движений. Перевертыши – это в первую очередь хищники.

Замерла, пытаясь успокоиться и восстановить сбившееся дыхание. Нельзя показывать свой страх. Учует – и пиши пропало. Будет забавляться, как кот с мышкой. Я инициирована, значит, похищать меня нет смысла и в живых оставлять тоже. Но почему не убил сразу? Зачем воды дал?

– Тебе лучше успокоиться, – тихо произнес он и слегка склонил голову набок. – Ребенку можешь навредить.

Вот тогда-то я испугалась окончательно.