Поймать дракона. Новый год в Академии

– Эрингел, – прошептала я, в свою очередь вновь повернувшись к окнам.

Могущественный город-государство у подножия Горнийского хребта. Самый близкий сосед с драконами. Эрингел славился домами из дорогих пород камня, который добывался недалеко, мощенными белым булыжником мостовыми и грандиозными статуями, украшающими не только многочисленные парки и площади, но даже обычные улицы.

Город скульпторов и художников. Мечта любого творца.

– Поймите, ваша светлость, я не могу дать вам согласие на брак с моей сестрой.

Это решение должно быть принято на общем совете рода.

– Отлично, призывайте, – отозвался дракон.

Ответ герцога ввел в ступор не только меня, но и брата.

– Что значит призывайте? – сухо уточнил он, снова напрягаясь.

– У вас же должен быть аварийный маяк, по которому родственники могут отыскать попавших в беду. Так активируйте, а я уберу защиту.

Маяк был. Я носила такой же на груди. Небольшой кулончик, про который я совсем забыла.

А ведь это самое главное правило: оказались в беде – жмите и призывайте на помощь. И почему я так не сделала, лёжа под кроватью?

Надеялась, что смогу выпутаться сама, без посторонней помощи? Да, скорее, так и есть. Уж лучше дракон, чем очередная лекция бабушки, суровый взгляд деда и визгливый вопль троюродной тётушки Ромайн: «Я так и знала! Эта Фейт опять что-то натворила!» Как будто, кроме меня, никто ничего не творил.

Вот её сын Лайонес год назад был застукан в неподобающем месте в неподобающей позе с леди Кормейн.

Всё бы ничего, но их поймал не кто иной, как лорд Кормейн, которому совершенно не понравились взаимоотношения кузена с его женой, о чём он громко прокричал на весь замок, полный сотни гостей.

Жуткий был скандал… Деду пришлось сильно постараться, чтобы всех утихомирить. Лайонеса быстренько отправили служить в посольство Горгензии. С этих самых пор тётушка ещё больше обозлилась, и мой проступок точно раздует до невероятных высот.

– Со всего дома? – снова влезла я и впервые внимательно осмотрелась, отмечая каждую деталь.

Слишком тёмные и тяжелые гардины, обои хоть и шёлковые, но видно, что старые. Мебель дорогая, массивная, но лишённая хоть какого-то изящества и индивидуальности. То, что на первый взгляд ослепляло, сейчас казалось слишком вычурным, помпезным и в то же время безликим.

Какая-то странная у него спальня. Словно чужая.