Дымная река

Иногда он ловил себя на том, что мысленно беседует с Чимей, пытаясь рассказать ей о себе: «Мистер Барри иметь жена и два маленькая дочка…»

Однажды он попытался выяснить ее семейное положение и, притворившись, что узел с выстиранным бельем слишком тяжел, сказал:

– Ли Чи мой муж есть? Пусть он нести.

Лицо ее опечалилось.

– Нет муж. Умереть. В море. Один год пройти.

– Ох. Мистер Барри горевать душа.

Вскоре и он понес утрату – в письме мать известила о смерти его младшей сестры. Она долго болела, но ему о том не сообщали – зачем понапрасну тревожить, коль он в такой дали? Но вот непоправимое случилось, чего уж теперь утаивать беду.

Он души не чаял в сестре и был так убит горем, что даже ничего не сказал соотечественникам, а просто закрылся в своей комнатушке, наплевав на все свои обязанности. Старшина устроил ему выволочку за ненадлежащее внимание к отданным в стирку вещам и в конце тирады всучил свою порванную чалму:

– Вот к чему привел твой недогляд!

У него не было сил оправдываться, он взял чалму и поплелся на берег.

– Мистер Барри привет-привет. Чего надо хотеть?

– Ли Чи мой шибко плохо делать.

– Ай вай! Что делать плохо?

– Вещь порвать.

– Какой такой вещь порвать? Мистер Барри мочь показать?

– Мочь, мочь.

В лодочной каморке, где горела единственная лампа, было так мало пожитков, что жилище вовсе не казалось тесным. Присев на корточки, он искал дырку в чалме, но вскоре весь опутался длинной тканью и, не сдержавшись, выматерился:

– Бахнход! Мадарход!

– Годить, мистер Барри, годить.

У него перехватило горло, но он сумел выговорить:

– Да. Сильно печаль. Сестра умереть.

Чимей сидела рядом, и он ткнулся лицом в ее плечо. Как ни странно, она его не оттолкнула, но стала поглаживать по спине.

Еще никогда чужое прикосновение так не утешало; он преисполнился чистой благодарностью без всяких мыслей о плотских утехах.

Чимей, похоже, приняла какое-то решение: она прошептала, что скоро пришлет весточку, а сейчас ему пора уходить, потому как вот-вот вернутся ее мать и дочка.

– Прислать мальчишка, мой родич. Имя звать Давай.

Прошло два дня. Кто-то дернул его за подол чоги, и он, обернувшись, увидел мальчонку, под носом которого жемчужиной зависла мутная капля.