Дымная река

А-Фатт рассмеялся:

– В кантонском диалекте смысл обратный – «плохой человек». Выходит, для меня ты хороший, для других – плохой.

Нил тоже засмеялся:

– Значит, твоя Адели наполовину хорошая? Откуда она родом?

– Мать ее из Гоа, но жить в Макао. Отец – кантонский китаец. Адели очень красивый и любить курить опий. Когда Брат Лу уезжать, мне приказ смотреть за Адели. Иногда она просить подымить вдвоем. Она и я наполовину ачха, но никогда не видеть Индия. Мы говорим об Индии, о матери Адели и моем отце. А потом…

– Вы стали любовниками?

– Да.

Мы оба динь-динь-дак-дак. Обезумели.

– И хозяин узнал?

А-Фатт кивнул.

– Что он сделал?

– Как ты думаешь? – А-Фатт пожал плечами. – Страна иметь законы, семья – правила. Я понимать, что Брат Лу захочет меня убить, и потому я прятаться у матери. Потом я узнавать, что приходить один из семьи, и я бежать прочь. В Макао я притворяться, будто христианин. Прятаться в семинарии. Меня отправлять в Серампор, Бенгалия.

– А что Адели?

А-Фатт посмотрел на Нила и палочкой хаси показал на мутные воды реки.

– Она покончила с собой?

А-Фатт чуть заметно кивнул.

– Но все это в прошлом, – сказал Нил. – Ты не думаешь вернуться в Кантон?

– Нет. Нельзя, хоть там мать. Брат Лу иметь глаза повсюду. Нельзя.

– А что отец? Почему не повидаешься с ним?

– Нет! – А-Фатт грохнул плошкой о стол. – Не желать его видеть.

– Почему?

– Последний наша встреча я просить взять меня в Индия. Хотеть уехать. Прочь из Китай, долой из Кантон. Я понимать: если останусь, беда мне и Адели.

Брат Лу узнать и делать с нами что угодно. И вот прихожу к отцу. Прошусь на «Анахиту», в Индию. Он говорить: нет, Фредди, невозможно. Никак. Я делаться злой. Как черт. Больше никогда не видеть отца.

Вопреки ярости, звучавшей в голосе друга, Нил чувствовал, что А-Фатта тянет на корабль, как магнитом, и тянет все сильнее.

– Послушай, что бы ни было между тобой и отцом, все это осталось в прошлом. Возможно, он стал другим. Не хочешь узнать, сейчас он на корабле или нет?

– Я и так знаю, – сказал А-Фатт.

 – Он там.

– Как ты узнал?

– Видишь флаг с колоннами? Его поднимают, лишь когда отец на борту.

– Так, может, послать ему весточку?

– Нет! – А-Фатт будто выплюнул отказ. – Не желаю!

Обычно он не проявлял своих чувств, но сейчас лицо его и вовсе превратилось в застывшую маску. Правда, уже через секунду он выпрямился, тряхнул головой и залпом опорожнил плошку.

– Что-то я разговорился. Хватит болтать.