Настоящие, или У страсти на поводу

Элодия этого не понимала и считала пустой тратой средств, тех самых, которые мечтала спустить на свои тряпки. Но кто её спрашивал.

– Вы рисуете? – поинтересовался Торнтон.

Весь путь до замка он молчал, рассеянно слушая болтовню Элодии, которая, казалось, не затихала ни на минуту. Я даже подумала, что мужчина просто уснул с открытыми глазами. Но граф не только не спал, он даже прислушивался к нашему разговору.

– Да, рисую. Немного.

– Балуется, – отмахнулась её сестра, презрительно фыркнув.

– Делайн прекрасно рисует, – вмешалась тётушка.

Её голос звучал мягко и немного виновато. – Не только акварель, которую так любят девушки. У неё отличные пейзажи, карандашные наброски, портреты.

– Портреты? – тёмная бровь удивлённо поползла вверх.

– Я бы и вас хотела нарисовать, – неожиданно пискнула девушка и еще больше смутилась.

– Делайн! – возмущенно вскрикнула Элодия. – Прошу прощения, граф, моя сестра не хотела вас оскорбить. Делайн, немедленно извинись перед милордом.

Я начала всерьёз думать о заклинании, когда Торнтон внезапно произнёс:

– Мой портрет? Вы каждого рисуете, леди Делайн?

– Нет.

Просто ваши черты… и взгляд.

– Взгляд?

«Холодный, надменный, колючий и резкий».

– Хочется узнать, что за ним, – неожиданно серьёзно произнесла она.

«Разве за ним что-то есть?»

Я, забыв об осторожности, пристально взглянула на мужчину. И надо было ему в этот момент тоже повернуться ко мне. Короткий обмен взглядами, всего на два удара сердца, непонятное смущение и жар на щеках.

– Мы приехали, – сообщил мужчина, и карета остановилась во внутреннем дворе замка.

Подошедший слуга помог нам спуститься. От долгой езды ныло тело, болела спина, и сейчас больше всего хотелось принять ванну и полежать. Аппетита всё равно не было.

Вблизи замок выглядел еще более огромным и внушительным. Но в то же время не казался громоздким или давящим. Он просто жил. Слуги спешили по своим делам, отовсюду слышались голоса, периодически раздавался тихий искренний смех. Здесь никто не боялся подать голос и быть наказанным, и это чувствовалось.

– Прошу сюда, – произнёс слуга, провожая внутрь, где нас уже встречала светловолосая женщина в тёмно-зелёном платье, отделанном белоснежным кружевом.

– Леонард, – улыбнулась она мужчине, который склонился к её руке. – Очень любезно с твоей стороны встретить наших гостей.

– Леди Корвил, вы, как всегда, очаровательны.

– Благодарю. Дерек спрашивал о тебе.

– Герцог уже вернулся?

– Час назад.