Маковое море

Никакого сомнения, что рано или поздно здесь появится кто-нибудь из знакомых; и верно – часу не прошло, как подчалила лодка с молодым англичанином, помощником управляющего. Джоду хорошо знал рулевого в набедренной повязке и, когда саиб ступил на причал, подгреб к знакомцу.

Матрос тотчас его узнал:

– Джоду Наскар? Ты, что ли?

– Он самый. Салам, халиджи[26 - Халиджи – здесь: обращение к мусульманам, название древнего тюркского народа; в конце XIII века часть халиджи переселилась в Индию.].

– Где тебя носило? Что матушка? Уж больше года, как ты сгинул.

Народ гадал, куда ты подевался…

– Мы вернулись в деревню. Когда наш господин умер, мать не захотела остаться.

– Да, я слышал. Говорят, она хворает?

– Вчера померла, халиджи, – тихо ответил Джоду.

Рулевой закрыл глаза и прошептал:

– Аллах рахем, упокой Господь ее душу.

– Бисмилла… – поддержал молитву Джоду. – Я здесь по воле матери, перед смертью она просила разыскать дочь нашего саиба, мисс Полетт Ламбер.

– Ну да, она же любила девочку как родную дочь, ни одна служанка так с чадом не нянчится.

– Ты знаешь, где сейчас мисс Полетт? Я больше года ее не видел.

Рулевой кивнул:

– Она живет неподалеку – вон там, вниз по реке. После смерти отца ее приютила богатая английская семья. Ступай в Гарден-Рич и спроси дом Бернэм-саиба. Там в саду беседка с зеленой крышей, тотчас узнаешь.

Джоду обрадовался, что так легко все выяснил. Поблагодарив рулевого, он выдернул из ила весло и сделал мощный гребок.

Отдаляясь, он слышал голос знакомца, который возбужденно кому-то говорил:

– Видишь ту лодку? Прямо в ней родилась мисс Полетт Ламбер, дочь французского саиба…

В разном изложении Джоду так часто слышал эту историю, что как будто все видел собственными глазами. Видно, так на роду написано, говорила мать, поминая странный поворот судьбы: не отправься она рожать в свою деревню, Полетт никогда не появилась бы в их жизни.

Все произошло сразу после рождения Джоду.

Отец приплыл на лодке, чтобы забрать жену и ребенка. Они были уже почти на середине Хугли, когда поднялся шквалистый ветер. Смеркалось, и отец решил, что лучше не переправляться через реку, а пристать обратно к берегу и дождаться утра. Удобнее места для стоянки, чем каменная набережная Ботанического сада, было не найти. Семейство поужинало и устроилось переждать ночь.

Только они задремали, как их разбудили громкие голоса.