От любви до ненависти один шаг

В тот момент, когда Влад прикоснулся к ремню своих брюк, я попыталась вскочить с кровати. Он резко схватил меня за ногу и подтащил ближе к себе.

–

Милое платье, Виктория, я одобряю вкус твоего отца. Но мне придется избавиться от него, чего не скажу о своем подарке.

Колье останется на тебе. Ты поняла меня?

Я обхватила себя руками, пытаясь защититься. Нагнувшись, он потянул ткань с моих плеч, оголяя грудь.

–

Ты совершенна! А я привык брать желаемое. Здесь твои шансы на спасение такого очаровательного тела равны нулю.

Меня замутило от услышанного. Я покачала головой, не произнося ни слова. Возможно, он передумает и не сделает этого. Наверняка в другой обстановке я и сама не смогла бы устоять перед его совершенством. Не задумываясь, отдала бы ему то, что не принадлежало еще ни одному мужчине, и влюбилась бы бесповоротно. Но сейчас мой мир погружался во тьму, и я чувствовала свою беспомощность. Мое дыхание стало неровным в тот момент, когда Влад начал стаскивать с меня, словно второй слой кожи, дизайнерское платье.

Он смотрел только в глаза, игнорируя тело. Своей правой рукой он оперся рядом с моим лицом, настойчиво раздвигая коленом мои ноги. Опустив руки, я сжала прохладный материал простыни, до боли впиваясь ногтями в кожу.

–

Ты была сегодня слишком дерзкой… – опаляя кожу горячим дыханием, прошептал Влад.

Его указательный палец скользнул по моим губам. Кажется, он наслаждался всем этим, моим бездействием и беспомощностью.

Я словно пластилин размякла в его умелых руках. Задыхаясь от внутренней боли, чувствовала, как сердце готово было вырваться из груди. И ловила себя на мысли, что его близость была мне вовсе не противна.

Моя голова разрывалась при воспоминании о событиях, произошедших за сегодняшний день. Неужели я позволю забрать ему то, что так трепетно оберегали мои родители? Возможно, я была слишком старомодной, но у меня имелись принципы.

Он метнул взгляд на мою обнаженную грудь, издав возбуждающий стон.

Я тут же ощутила свою уязвимость. Левая рука Влада накрыла мою грудь, приятно согревая. Губами он коснулся моего рта, простонав:

–

Все, что отделяет мой возбужденный член от твоей девственной плоти, – это кусок ненужного материала.

Он прикоснулся к моим трусикам и резко дернул, порвав их на мне. Стянув с себя боксеры, он качнул вперед бедрами, грубо вжимаясь в мою плоть.