Маньяк между строк

Представляешь, один наш парень увлекается парапланами, так он придумал в баластную канистру, которая крепится под сидушкой параплана, налить медицинского спирта. Как раз получилось ровно двадцать литров. Радиус поражения этой бомбы был около пятидесяти метров. Ну и этот махаражда случайно попал.

Я присмотрелся к женщине внимательнее. Хорошо сложенная, не толстая, не худая, все еще довольно интересная, несмотря на возраст. Немного одутловатое лицо и припухшие веки выдавали любительницу вкусно и нездорово поесть и выпить, но организм, стилисты и фотошоп пока легко справлялись с этими особенностями.

Другое дело, если выкладывать фотографии без редактуры. Тогда да, беда.

– Ладно, еще не было таких фотиков в телефонах в девяностые, когда мы студентами были. Однажды мы с ребятами из группы прошлись по центральной улице города с панк-парадом, неся огромный макет презерватива, на котором было написано «СПИДу нет! СПИДа нет!» – вспомнила вдруг Инна не без нотки ностальгии в голосе.

– Да, это было не особенно скрепно, – ответил я, снова пытаясь разглядеть в лице этой необычной женщины ответы на вопросы о ее судьбе и в том числе о том, что с ней сейчас происходит.

«Простая секретарша, говоришь?» – подумал я, рассматривая татуировку в виде картины Рене Магрита «Сын человеческий» на ее запястье. Картина была набита на удивление искусно: человек в строгом костюме и котелке, лицо которого закрывало яблоко. Символ вечного искушения со времен Адама был не просто узнаваем, восприятию картины не помешала даже двуцветность тату.

– Это мне подруга набила. У нее тату-салон, – объяснила Инна, проследив за моим взглядом.

Ей наконец заменили чай. Теперь принесли в обыкновенной непрозрачной кружке. Собственно, если бы нас не задержали с заказом, можно было уже вставать и уходить. Юристы до меня не были дураками. Дело безнадежное. Еще и Лимончик на Майорке. Где судиться – вообще не ясно. Однако эта дама не зря раскрутила инстаграм с нуля до сотен тысяч подписчиков, которые, если бы не злой умысел того, кто проплатил антирекламу, до сих пор верили бы в ее репутацию правоверного йога и духовного учителя для широких масс.

Было в Инне то ли какое-то потустороннее везение, то ли действительно особая энергетика. Во всяком случае, искру в моей голове она зажгла случайно оброненной фразой. И не только в моей.

– Инстаграм – это вообще не про писать, – вздохнула Инна. – Инстаграм – это чтобы другие увидели тебя и захотели: тебя, с тобой и как у тебя.