Одна ошибка

Они расположились на подоконнике и смотрели на пустующую улицу, проходящую позади клуба.

Подруга не сразу, но все же ответила:

– Понимаешь, ты как приехала, так все сразу головы посворачивали, только и шушукались за твоей спиной по углам, какая ты вся такая слишком нежная и кожа у тебя почти белоснежная и прозрачная. А уж про волосы, так вообще молчу. Светлые, да к тому же некрашеные. Удивляюсь, как еще девки их тебе не отрезали.

– Ну, спасибо, утешила, – подруга почти напугала Елену.

– Да не бойся, пусть только сунутся.

Петька им враз руки повыдергивает.

– Да, парень у тебя суровый, – по-доброму усмехнулась Елена.

Они какое то время молчали, каждая о своем. Она и вправду не знала, что ей делать. Спасибо конечно подруге, что была рядом и всегда готова была прийти на помощь, но не будет же Петя ее всегда охранять. А от девчонок можно ждать любой пакости. Они в их деревне горячие, любому парню по вспыльчивости фору могут дать. Еще и вправду, волосы отрежут. Ее аж передернуло от этой мысли.

Они у нее и вправду были густые и вьющиеся. Ее даже в классе русалкой называли. Теперь, похоже, придется все время в косынке ходить, пришла она к совсем неутешительному выводу.

– А Николай Петрович, знаешь, что о тебе сказал? – прервала ее мысли Светлана.

– Нет, – отрицательно покачала она головой.

– Сказал, что ты типа не нам чета, даже аристократкой обозвал, – усмехнулась она. – Голубая кровь.

– Как? – у Елены даже рот округлился от удивления.

– Так и сказал, – уверено кивнула головой подруга.

Породу, говорит, ничем не скроешь. Вроде как это у тебя по маминой линии…

– Чушь какая, – тут же отвергла Елена, хотя и понимала о чем идет речь, но выпячивать свое какое то особое происхождение даже не собиралась. – Мои родители самые обычные врачи. Да и что я тебе объясняю, неужели про моего отца никто здесь не знает? Он же родной брат дяди Николая.

– Да знают, – отмахнулась подруга. – Только ведь мама у тебя известно из какой семьи. Сплошные генералы там всякие.

Елена только вздохнула на это. Не было больше ни мамы, ни папы. А уж о своих предках она и совсем не вспоминала. Ей бы сейчас к новой жизни приспособиться.

Светлана неожиданно спрыгнула с подоконника и провела успокаивающим жестом по плечу подруги.

– Да ты не расстраивайся. Все хорошо будет, вот увидишь. Побесятся и успокоятся. Просто, пока ты новенькая, интерес так сказать еще не остыл, а потом привыкнут. И ты привыкнешь, – произнесла уверено.