Черный дар. Наследник старого колдуна

– Никому ничего я не должен, – начал, было, Каррон грубо, но провидица улыбнулась ему, играя ямочками на щеках.

Сердце мальчишки непонятным образом смягчилось, и он закончил уже вполне миролюбиво:

– Ладно, говори, что нужно делать!

– Пойдете к дальнему лесному озеру и принесете мне растущую в нем Одолень-траву.

– Всего-то! – ухмыльнулся Каррон.

– Ну да, всего-то, только идти нужно сейчас и возвратиться на рассвете.

– Скажи, Ясноглазка, а какая она, эта Одолень-трава? – подал голос Оленье Копыто.

– Днем вы бы ее сразу узнали: цветы у нее крупные белые, словно звезды на воде. Листья – круглые глянцевые, лежат на поверхности озера, что твои блины.

– Э, да я таких цветов сколько угодно нарву, даже пиявок не испугаюсь! – расхвастался вдруг Каррон. Он вспомнил, что однажды уже видел такие цветы в тихом речном омуте.

– Не так все просто, дружок. Ночью цветы прячут свои головки под воду, найти их в темноте будет нелегко.

– А листья что, тоже прячутся?

– Нет, листья остаются на месте.

– Ха, где листья, – там и цветы! А ты плавать умеешь, приятель? – обратился Каррон к будущему спутнику.

– Ему не придется плавать. Оленье Копыто доведет тебя до лесного озера, а уж доставать цветы – твоя работа. Говоришь, ты не боишься пиявок?

– Ничего я не боюсь! И плавать умею, на реке вырос. Пошли!

– Постой, я не все еще сказала. Найти цветок – полдела. Сорвать его нужно с приговором, иначе он силу потеряет. Ну-ка, запоминай!

Ясноглазка поманила Каррона пальцем, приказывая ему наклониться, и зашептала в еще красное от пальцев кормилицы ухо слова заговора.

К лесному озеру подошли уже в сумерках. Всю дорогу Каррон пытал остроушку, зачем понадобилась Одолень-трава? Однако Оленье Копыто и сам не знал этого, а может, только делал вид, что не знал. Наконец мальчишка отстал от спутника, решив про себя, что загадку эту он все равно разгадает.

– Отойди-ка подальше от берега, да заткни уши! – высокомерно заявил Каррон остроушке, стягивая с себя рубашку.

– Это еще зачем?

– А затем, чтобы ты не услышал, какие слова я буду говорить, доставая траву. Тебе их знать ни к чему, раз Ясноглазка мне на ухо шептала.

– Как знаешь! – Оленье Копыто отошел подальше от берега и уселся под старым вязом.

Каррон забрел по щиколотки в воду и огляделся. По берегам озера росли камыши и рогоз, местами расступаясь там, где зверье приходило на водопой. Середина водоема была свободна от растительности и отражала первые звезды.