Шарлатаны

Бессонная ночь давала о себе знать. Вроде усталости не чувствовалось, но глаза закрывались. Я поставила чайник и решила немного покопаться в холодильнике. На верхней полке обнаружилась здоровенная коробка с импортной пиццей. Коробка оказалась запечатанной, но я решила рискнуть.

Когда сковородка с нарезанной пиццей взгромоздилась на плиту, неожиданно раздался звонок в дверь.

– Кто там? – громко спросила я, входя в прихожую.

– Открывай! Свои!

– Коля?

– Да Коля, Коля! Открывай!

«Жаль, что глазка нет», – подумала я, распахнула дверь и, поражённая, невольно раскрыла рот.

На пороге стоял Он! Парень из моего сна! Но во сне его очертания были немного размытыми, а тут я могла вдоволь налюбоваться на свою мечту. Какой красавец! На вид ему было около тридцати лет. Греческий тип лица: нос с горбинкой, не очень полные, но чувственные губы, глаза, как у хищника, тёмные и манящие, и жгуче чёрные волосы, мягкими волнами ниспадающие на лоб и плечи. При этом атлетическое телосложение и рост под два метра. В общем, одним словом – греческий бог!

Коля смотрел на меня насмешливо и, в то же время, изучающе.

– Ты мне дашь пройти? Где сестра-то?

Я потупила взгляд, посторонилась и возразила:

– Она не сестра, а тётка.

– Ну, тётка, сестра, мать, зять – какая разница? Есть что пожрать?

– Ой, там же пицца! Сейчас сгорит! – спохватилась я и рванула на кухню. От сковородки и в самом деле уже веяло горелым. Я быстренько сняла её с плиты.

– Да-а… – задумчиво вымолвил Коля, выглядывая из-за моей спины.

И, когда я начала ножом отковыривать прилипшую пиццу от днища, ещё раз повторил. – Да-а…

– Что да-то? – я резко развернулась в его сторону и увидела, что глаза у него опять смеются.

– Просто теперь я верю, что ты Глашкина родственница!

– Почему это?

– Да потому это, что ни она, ни ты ни хрена готовить не умеете!

Я вдруг почувствовала себя оскорблённой.

– И дуется она так же, как ты! – расхохотался Коля.

В глазах его прыгали весёлые чёртики.

И по всему было видно, что он считает меня совсем ребёнком! Я решила, что буду молчать.

– А чего это у нас горелым пахнет? – раздался Глашкин голос, после чего появилась она сама, обёрнутая в розовое махровое полотенце. – Ой, Колька, привет! – подошла к нему и чмокнула в губы.

Внезапно я почувствовала, что краснею, и быстро отвернулась. Какие-то новые эмоции охватили меня. Признаться, я внезапно позавидовала Глаше, ведь, получается, у них с Колей был роман.