Лекарство от одиночества

А в третий раз Синь-камень узнаёт и исполняет твоё истинное желание. Халк, мое истинное желание – оживить тебя. Может ли этот камень его исполнить? Я сделаю всё для этого. Я решила. Завтра снова поеду на озеро. Милый, мы скоро с тобой будем вместе. Я люблю тебя больше своей жизни».

И на этом всё. И на этом всё? Стойте-стойте. А как же второе и третье желание? Чем всё закончилось? Ну я так не играю. Я пролистнула пару страниц, наткнулась на какой-то рисунок. Элементы были похожи то ли на лепестки, то ли грани звезды.

Я точно где-то видела этот символ. Точно. Вспомнила. Это оберег. Алатарь или алатырь – как-то так называют этот древнеславянский амулет. Несколько раз иллюстрировала старославянское фэнтези и уже немного разбираюсь в этой символике.

Рисунок в виде восьмигранной звезды был олицетворением жизни, вечного движения и круговорота бытия. «Ал» – обитающий в высоте небесной, «ла» – душа и «тырь» – несущий. Меня смущало «тырь». Казалось бы, что это просто от слова стырить, но это «несущий». Знак имеет магическую силу и означает ещё Рождение бессмертной души.

Блин! Души! А вдруг чудо произошло? Ну, Василиса! Ну ты и сказочница! Такого просто не бывает в реальной жизни. Халк слишком уж долго мёртв. Это было бы слишком жутко – воскрешать человека в роли зомби, если такое вообще было бы возможно. Но очевидно же, что хозяйка куда-то делась и почему-то квартира сдается по очень низкой цене. Значит, квартиранты тут не приживались или что-то такое узнали и не захотели здесь жить. Но после исполнения первого желания у хозяйки дневника исчезла боль.

А что если Синь-камень как-то работает? И я могу… я могу снова видеть мир цветным. А ещё… ещё могу избавиться от проклятия нашего рода этой чертовой дюжиной мужиков. И уже моя дочь, а может, сын смогут просто любить, кого захотят.

Ой, Василиса не Премудрая, размечталась ты, как Емеля на печке! Хорошо, пусть это полный бред, но узнать, что произошло с Настенькой, я уж точно могу. Позвонила Гере и… пригласила его на чай. И напомнила, чтобы платье мое захватил.

Про трусики ничего не сказала. Пусть на память себе оставит или выкинет. Неловко было напоминать.

Гера приехал через час. У них там, в полиции свободный график работы, что ли? Мы сразу обменялись пакетами с вещами и сели пить чай.

– Гера, у меня к тебе серьёзный разговор, – начала я.

– У меня к тебе тоже.

Ого, вот это поворот! Мы же вроде бы всё обсудили. Он не хочет быть просто другом, я не хочу быть просто любовницей.