Невозможный

Но ты хорошо помнила, как дома с тобой носились, когда ты болела, и как забота родных способствовала твоему выздоровлению. Потом ему стало лучше. Вы справились. Вы вместе держали оборону, сопротивляясь грозному коварному врагу, и одержали блистательную победу!

– Бэлка, ты такая классная! Я обязательно научу тебя чему-нибудь плохому! – пообещал он с чувством искренней благодарности и едва не расплакался.

Целыми днями он пропадал на учебе, едва успевая забежать на обед, вечерами уходил в клубы. И что-то тебе подсказывало, что не только на работу, но и на отдых.

Уходил в отрыв: энергия хлестала через край. Иногда он садился за инструмент и тихонько напевал весьма непростые композиции. У него оказался приятный баритон, который никак не ожидаешь услышать от человека с такой субтильной комплекцией. Ты привыкла к мальчишке и впала, наконец, в работу.

Наверное, он почувствовал в тебе своего человека. В обязательный утренний ритуал у вас вошли трогательные «обнимашки»: перед тем, как выйти из дома, он прижимал тебя к себе, а ты целовала его в щеку и говорила дежурное, но искреннее «будь умницей».

И он отвечал что-нибудь, вроде «как получится», «не обещаю» или «как масть ляжет». Он вообще относился к тебе с нежностью и выражал ее при каждом удобном случае – касался легким движением руки или душил в братских объятьях.

– Что это у нас? – брал он тебя вечером за подбородок, всматриваясь в твои печальные глаза. – Белочка получила на орешки?

– Ага, «ядра – чистый изумруд»…

И ты рассказывала ему про очередного мучителя-заказчика, который в графическом дизайне – «ни уха, ни рыла», и «фишку не рубит», и что между ним и здравым смыслом – три метра армированного бетона.

– А ты представь, что он стоит посреди своего офиса и говорит тебе: «Я – драчистый изумруд!» – развеселился мальчишка.

И вы валились в истерике на диван и хохотали, представив себе это дивное зрелище. А на следующий день, разговаривая по скайпу с заказчиком-мучителем, ты едва могла сдерживать смех и слегка подвывала в конце фраз.

Клиент нервничал, украдкой осматривая себя, ерзал перед веб-камерой, и, в конце концов, отключил ее. В тот же день ты получила от него свой гонорар.

8

Вскоре тебе позвонила Каурова, вернувшаяся из отпуска, и сказала, что зайдет на часок в гости. Ты пришла в ужас. Ты не готова была знакомить ее с мальчишкой, который ее трудами стал твоим братом, и не знала, как ей объяснить, почему взяла его в дом.

– Алка, я убегаю.