Демоны без ангелов

Также среди протоколов имелись и рапорты двух сотрудников ППС.

«Конечно, это он ее убил…»

«Руслан это, больше некому».

«У него к ней чувства были, а она его с таким дерьмом при всех смешала…»

«Там, в кафе, мы просто обалдели, когда она в него чашкой кофе швырнула. Он к ней только подошел, а она на него окрысилась сразу как мегера».

«Не подумайте, что она националистка, но он ее достал, этот черный…»

«Она уверена была, что тогда, на дороге, когда ее Пашка разбился, они специально с Султановым гонки устроили ночью, выясняли отношения.

Ну, из-за нее. Султанов же ее тоже замуж за себя звал. Она вбила себе в голову, что там, на дороге, все было нечисто, будто Султанов что-то подстроил – подрезал Пашку или толкнул мотоцикл своим мотоциклом, тот и улетел. Она вбила себе это в голову уже на похоронах. Султанов таскаться к ней стал, а она смотреть на него не могла. Ну и начала выражаться, оскорблять… Нет, я точно не помню, что она там ему кричала, – что-то очень злое. Да, именно на национальной почве. Но и ее можно понять, она чуть не свихнулась, после того как про гибель Пашки узнала. У них же любовь была, свадьба намечалась. Нет, меня они на свою свадьбу не пригласили. Я не настолько близкая ей подруга. Но там, в кафе-кондитерской, я присутствовала. И все видела. Сами ведь знаете: там вечно народу полно, когда свежие пирожные привозят. И в тот вечер, 2 мая, было особенно много народу. Да, в основном молодежь, конечно, все наши. Что там у витрины между ними произошло – между Султановым и Машкой, – я не знаю, не слышала из-за шума, но она вдруг швырнула в него чашкой с недопитым кофе, чуть в лицо не попала, он увернулся. И потом она крикнула: подонок, как ты мне надоел! А затем по-всякому его… Да, и матом, да, были и оскорбления на национальной почве – про всех них и весь их «аул». Она орала на него с такой злобой. И он ее толкнул, нет, даже ударил. А тут все сразу начали тоже орать. Потом откуда-то появились ребята – к кафе на мотоциклах, на машинах всегда подъезжают. И почти сразу явилось несколько кавказцев. Началась общая драка у кафе, я испугалась и побежала домой».

«Я видел, как дрались у кафе, но сам не участвовал. Нет, угроз со стороны Султанова в адрес Маши Шелест я не слышал. Ему не до того было, так их много там валялось».

«Я слышала, как он, то есть Султанов Руслан, кричал Маше: УБЬЮ ТЕБЯ, ЗАРЕЖУ! Где это было? Там, в кафе, после того как она в него чашкой запустила, обварила его кипятком.