Правило злых одноклассников

Если уж было так необходимо, общались по телефону…

Она нашла на визитке номер сотового, и ей сразу ответили:

– Габриэлла слушает вас!

Женщина старалась говорить низким проникновенным контральто.

– Я хотела бы к вам прийти. Если можно, прямо сейчас, – Аля не надеялась, что получится нанести визит Габриэлле сегодня, вдруг у той очередь из посетителей от двери до дороги?

В телефоне чем-то пошуршали и ответили:

– Да, можно, если попадете ко мне в течение часа. Я принимаю… – и Габриэлла назвала адрес – обычным женским сопрано с визгливыми нотами.

Оказалось, совсем рядом, минут десять ходьбы.

Аполлинария засунула рукопись поглубже в сумку, чтобы Габриэлла не увидела свое творение, еще раз посмотрела на березы, изредка роняющие желтые листья, и отправилась к колдунье – или кем там она себя считает.

Обычная пятиэтажка… Никаких домофонов или кодовых замков на двери. Полутемный подъезд с неистребимым запахом жизнедеятельности многих поколений кошек. Как сказала Габриэлла, квартира на первом этаже, стучать и звонить не надо, не заперто.

Аля, зажав нос, рассматривала номера квартир. Эта Габриэлла со своих гонораров могла бы и расщедриться на лампочку помощнее…

Вдруг дверь справа распахнулась, прямо на Аполлинарию вывалились две тетки и пулей пронеслись к выходу. Судя по тому, как на весь дом хлопнула подъездная дверь, тетки остались визитом к гадалке недовольны. Аполлинарию, успевшую опустить руки и открыть лицо, накрыло густым облаком дешевой парфюмерии – приторно-сладкой смесью сирени и абрикоса.

Запах сирени и абрикоса Аля любила, но предпочитала обонять их по отдельности. Цветочно-фруктовый аромат дезодорантов, туалетной воды и еще бог знает какой химии, смешавшись с кошачьим амбре, обернулся такой омерзительной и непереносимой вонью, что Аля влетела в квартиру Габриэллы едва ли не быстрее теток, только что вылетевших оттуда.

Оглядевшись, Аполлинария обнаружила себя в прихожей обычной квартиры – с традиционным шкафом-купе и вытертым ковриком у двери. То, что она попала куда нужно, ясно по остаткам абрикосово-сиреневой отравы в воздухе и по плакату, приклеенному на ведущую в комнату дверь.

На постере изображено пламя, а поверх пламени – готические, как на визитке, буквы: «Габриэлла». И строчкой ниже: «Мои пассы дарят счастье!»

– Ну, мне-то твои пассы ни к чему, – проворчала Аля и постучала в дверь, почему-то лишенную ручки, прямо по слову «пассы», удивляясь глупости фразы и что кто-то может этому заявлению поверить.