Знакомство

Вдруг знакомая обстановка приведет меня в чувство? А, кстати, где ваш следак… э-э-э… то есть следователь?

Адвокат вышел. Маман обмахивалась платочком и на меня не смотрела. Зато не отрывала глаз от доктора.

– На Удельную? В Пантелеймоновскую больницу? – спросила она доктора и опять промокнула сухие глаза.

– Ну, что вы, голубушка, Мария Петровна! Завтра соберу консилиум. Надо – Сербского из Москвы выпишу. Такой интереснейший, простите, случай! Она будет под домашним надзором. А там – время покажет.

Лишь бы Антон Владимирович не подвел!

– В нем не сомневаюсь. Уж сколько лет он у нас, вы же знаете, как свой…

Какого лешего! Говорят об Анне, то есть обо мне, так, будто меня, то есть Анны, тут нет! Они решили, что я сумасшедшая! Хотя… Это, наверное, выход. Ну что ж, сумасшедшая, так сумасшедшая… Надеюсь, они не наденут на меня смирительную рубаху и не станут лить воду на голову – сто лет назад психов лечили именно такими методами… Я твердо решила – не дамся!

5.

 Я отправляюсь осматривать место преступления

На правах сумасшедшей я стала приставать к доктору, чтобы он сформулировал диагноз. Маниакально-депрессивный синдром? Delirium tremens? Обострение вялотекущей шизофрении? Психоз? Слабоумие? Паранойя? Инволюционный психоз? Климактерическая депрессия? С каждым моим предположением у доктора все выше поднимались брови. Оказалось, бедняга и половины слов таких не знает. Зато он извлек из-под стола настоящий докторский чемоданчик, какие полагается иметь врачам в фильмах про старинную жизнь, попросил Анну обнажить колено и попытался стукнуть по нему молоточком.

Старый греховодник! Я показала ему язык. Маман взирала на меня молча и осуждающе. Сожаления или сострадания она даже не пыталась изобразить. Я ей что – не родная?

Вернулся адвокат. За ним в кабинет вошел еще один брюнет – на этот раз с внушительными бакенбардами. Если бы не бакенбарды, придающие ему сходство с енотом, – ну просто красавец! Следак стал рассматривать меня в упор – наверное, адвокат уже разболтал о подозрениях доктора.

Я попыталась вообразить, как бы красавец выглядел без бакенбард. Без бакенбард получилось, что он мужчина как раз того типа, какие всегда нравились мне, но которым почему-то никогда не нравилась я. И я начала думать о том, смогла бы я понравиться ему, если бы выглядела, как я, а не как Анна (естественно, в возрасте Анны).