Флердоранж – аромат траура

Ноги, казалось, навечно срослись с педалями сцепления и газа. Даже координация движений была точно у новорожденного Буратино. Но все эти мелочи сразу же отошли на второй план, едва только Катя увидела это место .

Проселок, по которому они только что ехали, пересекал большое поле. К самой дороге вплотную подступала высокая желтая стена колосьев. Катя впервые в жизни, а не по телевизору и не на картине Венецианова увидела настоящее ржаное поле. Оно простиралось насколько хватало глаз – до самого горизонта. Кругом на многие километры не было ничего, кроме волнуемых ветром колосьев да серого пасмурного неба с клубившимися на юго-востоке новыми грозовыми облаками.

– Сюда, – позвал Трубников, и они по узкой заросшей травой колее двинулись в рожь. Рыхлая земля под ногами была пропитана дождевой влагой.

– Вот здесь мы нашли их машину, – сказал Трубников. – Вон осколки от лобового стекла. Осторожнее наступайте. Ноги не пораньте.

Катя увидела две свежие глубокие колеи от автомобильных колес, наполненные водой.

И осколки стекла. Среди них валялся измазанный бурой глиной обрывок белой ткани. Катя наклонилась и увидела пуговицы, рукав и манжет. Это был оторванный лоскут мужской рубашки.

– Кое-какие улики здесь, на месте, следователь пока оставил для повторного осмотра, – отреагировал Трубников на ее вопросительный взгляд, – первоначальный-то осмотр в семь утра был, под проливным дождем. У нас тут вчера весь день как из ведра. – Трубников указал на ткань: – Рубашка потерпевшего Артема Хвощева. Фрагменты ее здесь и вон там еще валялись.

Пиджак мы возле машины нашли. Целый. А во-он там во ржи было тело.

Катя посмотрела, куда он указывает, и увидела четкий след волочения: колосья были примяты, местами варварски сломаны и втоптаны в грязь. Они с Трубниковым пошли по следу и… Сердце Кати дрогнуло: она ничего не видела, кроме непроницаемой желтой стены. Это место… Это странное место. Она уже была здесь раньше – вчера во сне и потом, когда уже проснулась, едва не вскрикнув от страха. Где-то нудно гудели мухи – словно впереди среди золотистого хлеба скрывалась куча нечистот.

– Осторожнее, – шепнул Трубников.

Колосья неожиданно расступились – Катя увидела перед собой вытоптанную площадку. По земле словно кто-то заново прошелся плугом – все было взрыто, вывернуто, выкорчевано. От дождя почва совсем раскисла, походя на хлюпающее под ногами болото. Только вот цвет у стоячей воды этого болота был странный: темно-багровый.

– Здесь мы парня обнаружили.