Царство Флоры

Джип, наполненный цветами, выглядел как катафалк. На одной из фотографий были запечатлены густые кусты, росшие вдоль глухого бетонного забора, из-за которого выглядывала крыша дома. «Что там может быть не так с оружием? – подумала она. – Они провели баллистическую экспертизу, и результаты в чем-то вошли в противоречие с данными осмотра тел, так, что ли?» Но развить эту тему глубже не пришлось – Никита неожиданно вернулся в кабинет не один, а в сопровождении двух мужчин. Оба были высокие, на вид весьма приличные, ненамного старше Колосова.

Один – тот, что поплотнее, покрепче – был одет в летний серый костюм, галстук в тон, чуть ослаблен из-за жары, а может, от волнения. Светлые волосы – на прямой пробор, черты лица немного расплывчатые – курносый нос, пухлые румяные щеки. В руке – портфель дорогой кожи и стильного дизайна. Второй заинтересовал Катю больше – высокий, худой, слегка сутулый зеленоглазый шатен. Нервный и порывистый, как юноша. И одет по-молодежному в потертые рваные джинсы и коричневую толстовку с капюшоном. Лицо, в общем, очень неординарное, даже красивое, а вот взгляд странный – болезненный какой-то, неспокойный, затравленный.

– Тихомиров Сергей Геннадьевич, а это мой друг Андрей Владимирович Балмашов. – Блондин в костюме представил шатена в джинсах.

– Располагайтесь, прошу. Наш сотрудник Екатерина Сергеевна. – Колосов представил Катю, и она поняла, что он отчего-то не хочет оставаться с этой парочкой наедине.

Эти двое были сейчас для него как досадное недоразумение. Разговор начал Тихомиров, а из министерства, из приемной самого Сизова, звонили по поводу Балмашова – сорокалетнего «неформала» в тинейджеровском «прикиде».

– Дело в том, что… не знаю, с чего лучше начать… – Балмашов пристально посмотрел на Колосова, словно ища у него поддержки – непонятно пока в чем.

– Андрей, здесь нужны только факты. Пожалуйста, излагай факты, – мягко подсказал ему Тихомиров.

«Его тоже Сергеем зовут, как и Серегу Мещерского, – подумала Катя. – Какие разные люди могут носить одно и то же имя. Сергей, Сережа… Вадим, Вадичка мой… Где они сейчас? Что с ними?»

Она тоже воспринимала этих двоих как досадное недоразумение. Чужие люди, посторонние, с какими-то совершенно чужими проблемами.

– Я не знаю, как рассказать об этом, опираясь только на факты. Фактов не так уж много… – Балмашов кашлянул.