Прощание с кошмаром

Ведь Чучельник доводился ему младшим братом. И он считал, что они всегда разберутся сами между собой, без посторонних.

– Ну, чего-то в этом роде и следовало ожидать. При такой квалификации, – стоявший на лестнице усмехнулся. – Значит, придется исправить ошибку.

Наступила гнетущая пауза. Было слышно лишь шипение электроплитки да клокотание начинавшего бить ключом кипятка в чугунном корыте.

– Очень жарко тут, – заметил стоявший на лестнице. – Сахара, да… Ну, что застыли? Идите отдыхайте пока.

Только сначала, Егор, убери здесь все. Будь добр.

В последних словах было что-то такое… Старшему почудилось, что он словно змее на хвост наступил и она человеческим голосом заговорила с ним…

– Ладно, – буркнул он торопливо и покорно. – Я уберу и… Только принеси пластиковый мешок, наши тут все кончились. Я в таком виде наверх не пойду. А вечером вывезу все… все бренные останки… Мы не хотели, правда. Так получилось. Материал – дрянь.

– Г-гадство, – эхом откликнулся его напарник.

Голос его дрогнул от разочарования.

– Начнете все сначала. – Шаги двинулись по лестнице вверх. – Сейчас принесу пакет и швабру. И пусть Женька пол тут вымоет до зеркального блеска, а то… – Дверь лязгнула.

Человек постарался закрыть ее за собой как можно тише, но она, проклятая, все равно каждый раз лязгала, как несмазанные крепостные ворота или магнитный запор новехонького домофона в кооперативном доме. Он медленно направился по узкому коридору в кладовку.

Эти переходы-щели и этот гулкий и просторный, как футбольное поле, подвал – все это были издержки планировки старого замоскворецкого купеческого особняка: приземистого, двухэтажного, с мезонином и развалившейся башенкой-флагштоком на покатой крыше.

Особняк недавно был отремонтирован, но старую планировку помещений сохранили. Он сам лично настоял на этом. Некогда, до революции, в этом доме помещался лабаз и товарные склады купца Пескова. Затем уже перед самым 17-м сюда переехало замоскворецкое отделение Русско-азиатского коммерческого банка.

Тогда-то здесь укрепили и обустроили этот роскошный подвал-бункер. А после революции и войны тут обитало бесчисленное множество сменявших друг друга контор и НИИ, последний из которых развалился в начале 94-го от безденежья и невостребованности его научных идей и кадров. И в этом же году дом, точнее его обветшалый призрак, откупил у властей столицы предприимчивый Салтычиха.