Корень зла среди трав

А здесь глубинка, дачи, деревни, села, поля, леса. Камер нет. Большой брат бессилен.

– Первое убийство аналогично нашему? – уточнил Клавдий Мамонтов.

– Способ один – удушение веревкой. Хотя в деталях, насколько я помню, есть разница. Надо завтра все подробно изучить. Самое главное – место, район совершения убийств один. А детали… Подобные типы – они же с каждым разом все более изощряются… Возраст жертв – почтальонше пятьдесят шесть, Гулькиной шестьдесят четыре по паспорту. То есть выбираются жертвы – зрелые женщины, не девочки, не молодежь.

Фамилия почтальонши Суркова. Она возвращалась к автобусной остановке, как я помню из доклада, шла своей привычной дорогой – срезала путь через поля и рощу. В кустах ее кто-то встретил и убил. Труп пролежал в зарослях до следующего утра. И на него наткнулись туристы-экскурсанты.

– Экскурсия? – спросил Макар. – Чеховские фанаты?

– Типа того, в докладе сотрудников значилось, что их всех – пятнадцать человек подробно допросили. Экскурсия была пешеходная по окрестностям усадьбы, историческим памятникам.

Туристы сошли с автобуса, двинулись гулять. А в траве труп с петлей на шее, на жаре уже начавший разлагаться… Все моментально получило огласку, туристы с перепугу наделали снимков, разослали по пабликам, пока полиция ехала. Здесь у нас тихо все, даже сарафановских зевак мы не всполошили особо. А в мае с почтальоншей случился хайп. Хотя затем коллеги мои местные снизили градус истерики в интернете – объявили убийство бытовым с целью ограбления. Но они слукавили в интересах дела.

– Потому что женщину-почтальона убили, как Гулькину, не взяв у нее вещей? – Макар нахмурился.

– Именно. Однако дело в том, что у первой жертвы не имелось с собой наличных денег. Она возвращалась после смены, понимаете? Пенсии, что она везла старикам из двух поселков, успела раздать. Может, напавший на нее думал иначе? Суркова одевалась в форменную синюю куртку с надписью. То есть ее сразу можно было вычислить как почтальона.

– А насчет всего остального? Посмертного раздевания, разрезанной одежды? Знака на груди? – поинтересовался Клавдий Мамонтов.

– Надо изучать подробно материалы осмотра места убийства и трупа. Я помню лишь, что метрах в ста от тела нашли смазанный фрагмент следа обуви примерно 43–44-го размера. Но почва после дождя даже на следующий день не просохла. И не смогли прояснить, чей след – убийцы либо кого-то из туристов, топтавшихся вокруг и делавших снимки на телефон.