Все оттенки черного

 – В консерватории, когда Рената Скотто давала концерт. Он был с женщиной. Сделал вид, что мы не знакомы.

Колосову хотелось крикнуть: да почему? Черт возьми, что между вами произошло? Но спрашивать, кричать, идти в лобовую атаку было бесполезно. Белоконь был из тех людей, которые сами никогда не повышают ни на кого голоса, но и другим диктуют собственную манеру беседы. Метаморфоза чувств и отношений в этой семье оставалась для Колосова загадкой. Одно было ясно: у Сорокиных что-то произошло примерно лет десять назад.

Причем настолько серьезное, что сразу же поломало весь привычный уклад жизни этой семьи.

– Все эти годы вы не помогали вашей приемной дочери материально?

– Она совершеннолетняя.

– Разве вы не оформляли опекунства, когда выяснилось, что…

– Нет. Ее опекуном стал Константин.

– А он оказался хорошим и верным братом для Леры – не находите?

«Не таким, как ты отцом, сукин ты сын», – недвусмысленно прозвучало в голосе Колосова.

– Вы только что, молодой человек, сообщили мне, что моя приемная дочь умерла от отравления.

– И что?

– Ничего. Но уж если вы настолько заинтересовались этим делом, если вам мерещатся в нем какие-то профессиональные перспективы, – Белоконь чуть усмехнулся, – я бы посоветовал вам прояснить этот вопрос детально.

– Какой еще вопрос? – Колосову вдруг вспомнилась старая сказка, где говорилось о том, что не следует доверять мужчине вот с такими густыми, сросшимися над переносицей бровями, похожими на мохнатую черную бабочку.

«У таких, – вещала сказка, – дорога одна – в лес по февральскому снегу. Сросшиеся брови – верный знак оборотня».

– Проясните для себя, молодой человек, таким ли уж хорошим братом был Костя, – сказал Белоконь. Колосов заметил, как дрожат его пальцы, вцепившиеся в металлическую ручку подпорки, – то ли от напряжения, то ли от… – Вообще измерьте, если, конечно, сможете, уровень милосердия в этом создании. Думаю, вас ждет немало открытий на этом пути.

Глава 9

ВЕЧЕРНИЙ ГОСТЬ

Как оказалось, начальника отдела убийств Катя изучила неплохо. Колосов объявился на даче Картвели вместе с вечерними сумерками. Черная колосовская «девятка» затормозила у калитки. Катя в это время обирала к чаю крыжовник с кустов, закрывавших собой забор. Колосов хозяйским жестом открыл калитку.

– Привет.

– Ой, Никит… А мы… так мы и знали, что тебя надо ждать сегодня к вечеру. Проходи.